Ярославль. Сорок тысяч слов о любви

Во письме он пишет: нету больше мочи

Нету моей мочи во врага стрелять

Мне бы только милой ласковые очи

Перед смертью лютой увидать

На мосту он меня поцеловал.

Он жил в бараке под Туговой горой.

Несколько человек в одной комнате.

В ту ночь их не было.

Тоже гуляли.

И мы зашли к нему выпить чаю.

Хотя какой чай.

Вода горячая.

Чаю не было.

И хлеб чёрный.

Ничего вкуснее не ела никогда.

И тогда я увидела его портрет.

Фотокарточка в рамке на стене.

Коля там был такой красивый.

И я, озоруя, сняла его.

Взяла и не отдала.

Сказала, он всегда будет со мной.

А Коля только смеялся…

Назад я одна шла.

Утро уже было.

Город пустой – воскресенье.

Трамваи ходили через мост.

А у меня денег не было на трамвай, я бежала.

Будто летела.

И портрет в руках.

Да побоялась с портретом домой идти.

Вещей своих не было, даже спрятать некуда.

Смотрю – чердак открыт.

Я и залезла.

Под стропило сунула.

Хотела вернуть.

Паузы во фразах становились всё дольше.

Бабушка будто бы задыхалась. Говорить так много было ей тяжело, но и Вере, и Годунову было очевидно, что она хочет всё досказать.

– Следующим днём, девятого июля, всё Колино училище поехало за Волгу. Работать в колхозе. Их погрузили на баркас. Баркас отплыл от берега, а мимо плыл пароход. Капитан решил пошутить и дал ходу. Поднял волну. Баркас был перегружен и перевернулся. Девяносто восемь человек погибли.

Коля погиб.

Я долго не верила. Он должен был выплыть, сильный был.

Может, других спасал и сам утонул. Но тела не нашли, многих не нашли. На Туговой горе хоронили, в братской могиле. Молодые всё парни. Страшно. И я долго верила, что он живой.

Бабушка замолчала. Они ждали. Наконец Вера прервала затянувшуюся паузу.

– Почему ты не забрала портрет?

Бабушка не отвечала, словно не слышала. Вера повторила вопрос.

– Мы уехали снова в Ягорбу… Из-за меня. Я была беременна.

– Николай – мой дед?

– Да.

– Но у тебя же был муж.

– Потом.

Из Ягорбы. Мы вернулись, отец вернулся, вступили в колхоз. Саша раньше на вечеринах всё ко мне садился в серёдки. Да я не любила его. А как узнал, что я вернулась с животом, предложил выйти замуж. Я не хотела, не верила, что Коля погиб. Но мать заставила. И отец. Тогда нельзя было одной рожать.

– Но потом же ты жила в Ярославле. Почему потом не забрала?

– Столько лет прошло… Война. А Коля у меня всегда словно перед глазами стоял. А теперь нет. Забыла.