Пловец Снов

В книгах Георгия подобные люди возникали часто, потому что на них легко завязывать конфликт.

Его супруги здесь, конечно, не было, но с каждым годом различать голоса Нади и Лены становились всё труднее… Да и внешнее сходство проявлялось чётче. Если бы не короткая стрижка, серая кофта… Мать никогда такое не носила, предпочитая подчёркивать свою женственность. Чёрт, она подчинила себе всё, даже дочь сделала своей копией… Георгий давно заметил: многие вещи давались ему с трудом или не давались вовсе, тогда как под Надины желания бытие охотно подстраивалось само.

Это происходило без насилия, оно не прогибалось с треском и скрежетом, но будто заново отливалось в формы, шёпотом диктуемые её волей. Не удивительно, что жена привыкла и не терпела, когда ей перчили…

Единственный раз Горенова уступила мужу, тогда они переехали в Петербург. Впрочем, это трудно назвать уступкой, просто в кои-то веки их желания совпали. Она и сама хотела, чтобы он бросил море, сама мечтала оставить Таганрог. На самом деле Надя грезила о Москве, но тут уж извините.

Лена приехала неделю назад. Не позвонив в звонок, она принялась раздражённо молотить ногой в дверь, как это обычно делал Макарыч. Пьяница за стенкой – не самое приятное соседство. Георгий реагировал на его визиты по-разному. Случалось, даже спускал бедолагу с лестницы, однако в тот раз миролюбиво отправился открывать, прихватив с собой двести рублей. Хватило бы и ста пятидесяти, но настроение у Горенова было хорошее.

Увидев на пороге дочь с большим туристическим рюкзаком и сумкой, он удивился.

– Пустишь, – это не было вопросом, она решительно вошла в квартиру, сбросила обувь и направилась в гостиную. – Мне нужно отдохнуть от мамы… – О, это были волшебные слова.

Казалось, Лена не расстроена. Скорее зла. Никаких слёз, никаких эмоций на виду, этим она тоже походила на мать. Георгий мог легко и охотно понять любого человека, ощутившего острую необходимость отдохнуть от Нади. Дочь приезжала к нему под таким предлогом уже не в первый раз.

Она оставалась на несколько недель, схема знакомая. Единственное, сейчас Лена была молчаливее обычного… Может, побудет подольше?

В таких визитах Горенов находил некое оправдание их разводу, подтверждение тому, что никто не решал опрометчиво и сгоряча. Хотя, разумеется, без труда можно было сделать и противоположный вывод: дескать, любыми средствами следовало сохранять семью, а не заставлять ребёнка метаться между родителями.