Тузики и Мурзики

Особенно напрягало то, что мать пообещала пригласить свою молодую сотрудницу (читай старую деву). Не прийти домой было единственным способом раз и навсегда прекратить всякие попытки накинуть на него лассо. Как раз в этот день он уже несколько лет отмечал в баре День святого Мэла – ирландский праздник убежденных холостяков. Более того, он считал символичным, что родился именно в этот день, и не намерен был его пропускть. Единомышленников набралось человек двадцать обоих полов, многих он знал по волонтерской работе, с помощью которой время от времени повышал свою самооценку.

Когда он просунул свой покрасневший от мороза нос в прокуренное помещение, все уже собрались.

– Улыбка в каждом пузырьке! – поднимая кружку пива, приветствовал его Спанч, приятель по собачьему приюту, гуру игры и просто собутыльник. Его блестящий череп заметно порозовел, а это означало, что кружка далеко не первая.

Лосев протиснулся к стойке и заказал чего-нибудь горячительного – по такой погоде вдохновляться пивом могут только оголтелые фанатики этого мочегонного напитка.

Рядом немолодой длинноволосый чувак, бывший кумиром миллионов в 80-х, клеил даму бальзаковского возраста, Ольгу Климову. Это она, пережив омерзительный развод с разделом нехилого имущества, организовала в ближнем пригороде приют для животных. Шансов ее закадрить не было в принципе, но звездный дедушка об этом не знал и рассыпал перлы красноречия. Климова хихикала, но уворачивалась:

– Для меня высочайший экстаз – слушать ваше пение.

– И давно я тебя так удовлетворяю?

– Лет тридцать.

– Так неужели за все эти годы я не заслужил благодарности?

– Вам с фотомоделью плохо?

– Хорошо. Но любви много не бывает.

Седовласого звездуна здесь уже знали по приюту – он и деньги жертвовал, и сам приходил почесать зверушку за ухом. Лосев всегда задавался вопросом, что же такого совершил этот чувак, если он регулярно переводит на счет приюта кругленькую сумму, какой грех замаливает? Семь лет невезения за усыпление кота? Судя по разговору, внутри он был такой же, как и снаружи, то есть похабный.

Сегодня ради праздника идол прошлых лет привел с собой длинноногую девицу на лабутенах. Модель почувствовала себя обманутой: захудалый бар, плохо одетые люди, дешевая выпивка – это не то, ради чего она покинула родное Запорожье. Собрались одни нищеброды и какие-то странные бабы, очевидно, тоже бедные, с натуральными ногтями, губами и ресницами – всё это было ей глубоко неинтересно.