Похищение воды

А вот даты комиций, где надо ходатайствовать про закупки. Так, это квоты на забор извести… да-да, у нас своей нет, надо у города брать. Вот тут калиброванные каликсы – он указал на полки, где рядами лежали бронзовые трубки с выбитым на каждой клеймом диаметра. – За ними особый присмотр. Пробы цемента, по идее, вот тут должны быть, но мы их увезли и сложили у одной из арок, за городом, а то тут и так места нет. Все равно их никто никогда не проверяет. А вот…

Видно было, что фамилия Сервилий – досталась не его далеким предкам, а похоже, его родителям.

И, как некоторые граждане – дети вольноотпущенников[14 - Вольноотпущенник – в Древнем Риме раб, получивший свободу и ставший римским гражданином.], он все никак не мог надышаться свободой и возможностями. Квинт говорил и говорил, Луций автоматически что-то запоминал, что-то пропускал мимо ушей. Он только сейчас стал понимать, насколько сложная хозяйственная машина находится теперь под его управлением, и ощущение не разбирающегося в деле самозванца и страх позора стали потихоньку подступать изнутри.

– Да ты не переживай – Квинт мгновенно заметил и понял смену настроения Луция – тут все всё уже знают, и всё крутится так, как оно должно быть. Половина дел вообще на откупщиках держится. Как говорится, хочешь подряд – помогай с делами, – Квинт широко улыбнулся. – Муций из них наиболее толковый. Вот видишь, – он ткнул в один из списков, – у него поболее других подрядов. Потому что помогает много.

Квинт снова улыбнулся и продолжал говорить.

Его уверенный тон и мягкая текучая манера говорить понемногу утихомиривали волнение Луция. Он уверился еще сильнее, что в этом новом деле шаги без подстраховки, как и вообще любая самодеятельность – это прыжки по граблям, и успокоился, что есть Квинт, который, если что, поможет и подскажет.

**

Солнце давно перевалило зенит и близилось к вершинам гор на закате.

– Вот тебе ключи. Специально пришиты к холсту и завернуты, словно сумка.

Носи в ней фрукты. Пусть думают, что и правда сумка. Рабам ключи не давай, копий не делай. Ну все, если что – я живу за гранатовой рощей у восточной стены, там спросишь, всякий знает, – и Квинт, насвистывая незатейливую мелодию, ушел.

Луций, нагруженный массой вопросов, еще раз осмотрелся, закрыл склад-конторку, свернул сумку ключами внутрь и надел ее на плечо. Она оказалась весьма удобно сшита.