Неисповедимы пути

– Что-то дядя Вася задерживается, – сказал Андрей, расставляя стулья вокруг стола, – это на него не похоже. Тут идти-то два шага от соседнего подъезда.

– А зачем тебе мамашины ухажеры? – как всегда, отреагировала бабушка, – все родственники уже собрались.

– Бабушка, он папин друг! И наш друг! К тому же, он очень нам помогает, и мне, и маме. А ещё с ним всегда интересно общаться. Я был бы рад иметь такого отца.

Бабуля недовольно поджала губы, она не ожидала от внука подобной отповеди.

Вдруг в дверь позвонили, и Настя бросилась открывать.

Молодой человек с большой спортивной сумкой, решительно оттеснив её, прошел в комнату, не снимая ни обуви, ни одежды.

– Оп-па! Скока народу! И чё вы все делаете в моей квартире? – сказал он, плюхаясь на диван с видом хозяина.

Все оторопели от такой наглости.

– Вы что-то путаете, молодой человек, – сказал ему Андрей.

– А ничё я не путаю, моя это хата! – нагло улыбался непрошеный гость.

Тут хлопнула входная дверь, и раздался голос Василия Петровича:

– А чего это у вас двери настежь, хозяева?

Настя вышла его встретить:

– Да вот, какой-то новый хозяин квартиры объявился.

Василий Петрович разделся, прошел в комнату, внимательно осмотрел всю компанию, поздоровался и обратился к молодому человеку:

– А я-то думаю, с чего вдруг Николай Сараев у подъезда сидит? Ну, не может это быть случайным совпадением! Вместе, значит, прибыли! Ну, что ж, давай твои документы на эту квартиру, посмотрим, какой ты хозяин.

– А у меня пока их нет, но скоро будут.

Я Катькин брат. Младший. Мне эта хата по наследству положена!

– Так вот, младший брат, хозяева этой квартиры – Ударцев Андрей Олегович и Ударцева Ольга Олеговна, – четко выговаривая каждое слово, с нажимом произнес Василий Петрович.– Они единственные наследники своего отца. Катька твоя никакого отношения к этой квартире не имела, она здесь даже не была прописана.

– Неправда, она здесь жила! – попытался спорить молодой человек.

– Да, жила какое-то время, но прописана была в общежитии, она ж надеялась получить от государства квартиру, положенную ей как сироте.

Так что, дорогой мой «хозяин», я могу твои действия квалифицировать как вторжение в чужое жилище, а потому звоню сейчас в полицию.

– Не надо в полицию, я щас уйду! – вскочил парень.

– Стоять! – рявкнул Василий Петрович, – я тебя ещё не отпустил! Но могу отпустить, если ты скажешь мне, какое отношение ко всему этому имеет гражданин Сараев.