Чужие окна. История одной подлости

– А вот она утверждает, что вы вывернули ситуацию с оценкой за физкультуру в своих интересах: потребовали от нее позировать на некой фотосессии в непристойном виде, за что обещали поставить пять в аттестат.

– Это ложь! – Вадим сделал движение рукой, будто хотел стукнуть кулаком по столу, но сдержался и сбавил тон голоса. – Это не правда. Она наговаривает на меня, пытаясь вынудить пойти на уступки.

– Как-то трудно ожидать от тихой скромной отличницы такого коварного замысла. А вот от молодого, но взрослого мужика, к тому же неженатого, каждый день находящегося среди юных симпатичных девушек, можно ожидать чего угодно.

– По-вашему я похож на педофила или маньяка? – невесело усмехнулся Вадим, пытаясь рассмотреть ответ на этот вопрос в непроницаемых глазах следователя.

– Вы глубоко ошибаетесь, если думаете, что следствие оперирует категориями «похож», «не похож». К тому же профессиональный опыт показывает, что самые кровожадные сексуальные маньяки, за которыми числятся десятки жертв, в жизни были милыми людьми и примерными семьянинами.

Вадим с усилием потер лицо ладонями, пытаясь сосредоточиться и прогнать непонятный туман перед глазами.

– Послушайте, Михаил Николаевич, ну сами подумайте, зачем мне это? У меня есть невеста, чудесная девушка, я ее очень люблю, у нас свадьба летом. Мы уже кольца купили, ресторан заказали. Вы же видели Олю, она подбегала к машине, когда вы увозили меня из школы. Ну, согласитесь, имея такую невесту, разве будешь обращать внимания на кого-то другого, тем более на несовершеннолетних девчонок?

Воскобойников снисходительно усмехнулся:

– Загадочна душа человеческая! В ней зачастую скрыто столько темного и тайного, что остается только удивляться.

Поэтому, Вадим Андреевич, скажу прямо: пока на одной чаше весов у меня слова Лизы Меликовой, а на другой – ваши слова. Но словам я не верю. Мне нужны доказательства! – Воскобойников пододвинул к Вадиму пачку листов бумаги, положил ручку и сказал: – Пишите все, что рассказали мне сейчас, и во всех подробностях.

Вадим потянулся за ручкой, ощутив в глубине души трепет надежды.

– Я конечно все напишу, – кивнул он, – а потом вы меня отпустите?

– Нет, – решительно мотнул головой следователь, а Логинов уставился на него круглыми от изумления глазами. – Я задерживаю вас на 48 часов. Пока побудете у нас под замком, а там суд определит меру пресечения.