Идеальный вариант (сборник)

Разве нужны аргументы? Все равно так, как папа, никто его рыбку холить и лелеять не будет.

– Ты девочке жизнь ломаешь, – упрекала мужа супруга.

– Я? – изумлялся он. – И не думаю. Просто учу выбирать лучшее.

– Лучшее – враг хорошего.

– Это штамп.

– Это правда жизни.

Но папа не соглашался. И Нина, ошибившись один раз, признавала за отцом безоговорочную правоту во всем. Он был идеалом, а другие до него не дотягивали. Папа был заботливым: поил малиной, если поднималась температура, и записывал к парикмахеру, когда наступало время обновить прическу.

Он заплетал косы Ларочке и никогда не забывал позвонить с работы и спросить, каких продуктов купить. Нина едва поскальзывалась, а папа уже стелил соломку там, куда она могла бы упасть, оступившись.

– Что-то спина побаливает. Пойду прилягу, – сказала как-то.

– Не ложись! Сейчас сядем в машину и поедем к врачу! – тут же гремел ключами от автомобиля папа.

– В выходные пойдем Ларочке сапожки покупать. Ножка выросла, – говорила дочь.

Уже к четвергу у девочки стояли три пары новенькой обуви, купленной обожаемым дедом.

– Ты что-то устала, Нинуля, синячки под глазами, – замечал он, пристально рассматривая уже не юное лицо дочери.

– Работы много.

И на следующий день перед ней лежала путевка в санаторий.

– Езжай отдохни, на работе договорюсь.

Из санатория она вернулась отдохнувшая, счастливая и беременная. Имя отца ребенка назвать отказалась, объяснив тем, что тот женат:

– Зачем человеку проблемы?

– Аборт! – настаивала мама.

 – Тебе проблемы тоже ни к чему!

– Ни за что! – отрезала Нина.

– Кому нужна будешь с двумя детьми?! Ведь тридцать уже. Не девочка. О себе подумай. Ну, скажи ты ей! – Мама, как обычно, взывала к папиному благоразумию.

Но королевишна хотела оставить ребенка. А потому ласковый взгляд и, как всегда, уверенное:

– Прорвемся, малыш!

И на душе сразу стало легко, радостно и спокойно. Папа поможет, решит, сделает. Жизнь как-нибудь наладится.

Наладилась очень даже неплохо. Ларочка пошла в детский сад. Нина с мамой воспитывали малыша, названного в честь деда Максимом. А старший обеспечивал семью.

Был разгар перестройки. Как и многие еще не старые партийные функционеры, отец не упустил шанса по-настоящему разбогатеть. Из директора предприятия превратился во владельца и объявил, что «теперь спокоен за будущее дочери и внуков». Рано радовался. Решил, что новые времена – новые нравы.