Превенция

Позже по улице расползлись слухи, что именно муж стал причиной её безвременной кончины, но я совершенно с этим не согласен, – прототип Клавдии.

Далее счёт пошёл не на единицы, а на десятки. Всего мною было насчитано порядка тридцати жертв, но никакой эпидемии или карантина объявлено не было – что ещё больше меня настораживало. Во время беседы с одним из терапевтов той самой поликлиники я максимально деликатно постарался задать ему пару вопросов о странной болезни, но как только он услышал мои слова, его лицо побледнело и стало блекло-зелёного цвета, будто вопрос поверг его в нечеловеческий ужас.

Терапевт виртуозно сменил тему и лишил меня возможности хоть как-нибудь подступиться к обсуждению волнующей, вероятно, нас обоих, проблемы.

Спустя какое-то время мне написал мой близкий друг, что жил в доме напротив, – прототип безымянного соседа. Он клялся, что сегодня утром увидел у себя на лестничной клетке человеческую вену, вырванную или вырезанную хирургическим методом.

Ошарашенный такими необычными новостями, я в ту же минуту вылетел из квартиры и побежал через улицу, навстречу жуткой находке. Но на месте меня ждало сильное разочарование – никакой вены не было.

А потом случилось несчастье: мой друг пришёл ко мне рано утром и сообщил, что ночью испытал на себе зловещие симптомы, предвещающие скорую погибель. Не теряя ни секунды, я потащил его в поликлинику, хотя и знал, что совершаю, возможно, одну из самых страшных ошибок в своей жизни. О, как же я проклинал себя за это потом, когда во время бессонных ночей вздрагивал от каждого шороха, представляя бесплотный призрак моего почившего товарища, что теперь вынужден бродить по тёмным улицам города в поисках покоя.

Он сгорел там, сгорел за пару дней. Я не доверял никому из врачей, но и забрать его оттуда не решался. Бедный друг кричал во сне, молил о смерти, хватал меня за руку и в слезах просил прикончить его прямо здесь и сейчас. Его мучения продлились недолго: утомлённый ночной истерикой, он задремал ближе к рассвету, но так и не проснулся.

Во время ночных рассуждений обо всём произошедшем, мне в голову вдруг пришла одна удивительная мысль, бросившая меня в объятия неописуемого жгучего страха. Я вскочил с кровати и в кромешной темноте стал дрожащей рукой нащупывать выключатель, моля небеса о спасительном свете, ибо зловещая темнота вкупе с этой леденящей кровь мыслью могли бы запросто прикончить меня в ту ночь.