Бэд-трип

Он гордится этим своим бесполезным талантом, сгибать ноги. Выглядит это жутко. Кажется, будто колени вылезают с обратной стороны.

– Как хочешь, – говорю я и вставляю мятую купюру в автомат.

Мне надо что-нибудь съесть. Я снова пил всю ночь. Так быстро, что не успел добраться до ужина. Но автомат выплевывает купюру. Я вставляю ее еще раз и еще, но все без толку. Меня это напрягает. Я хочу поскорее добраться до своей рабочей точки. Нет желания встречаться с Пожарным, от которого снова придется выслушивать, какой я негодяй, что в очередной раз пришел без униформы.

– Возьми, – говорит Никита и протягивает мне ровную бумажку. Он не перестает улыбаться и говорит: – Сейчас должно получиться.

– Обойдусь, – говорю я ему и пинаю автомат ногой. Я говорю: – Не хватало, чтобы я еще был перед тобой в долгу.

– Это может произойти в любой момент, друг, – говорит Никита, но я не отвечаю ему.

Я плюю на автомат со снеками и на свой пустой желудок. Решаю идти к своему шлагбауму. Точнее, к нашему с Никитой.

Мы с ним, так сказать, напарники. Он плетется за мной. Подпрыгивает на каждом шагу, потому что не успевает. Никита семенит за мной и что-то говорит. Я стараюсь его не слушать и быстрее добраться до своей точки, чтобы Пожарный не заметил меня.

Чтобы дойти до точки, мне надо пройти мимо комнаты отдыха персонала, потом миновать кабинет Пожарного и выйти через дверь в конце офисного здания. Здание размером с мини-маркет. Внутри несколько комнат-кабинетов, стены которых сделаны из гипсокартона.

Посередине офиса стоит колонна из того же гипсокартона. Здесь ее все называют «колонной дружбы». Она вся облеплена разноцветными бумажными стикерами. Такие «напоминалки» вешают на экраны мониторов. Стикеры испещрены надписями. Пожеланиями на продуктивный день, пожеланиеми не заболеть неизлечимой болезнью, пожеланиями на успешное окончание строительства нашего большого олимпийского комплекса. Эта колонна. Она просто сияет от излучения доброй энергии гипердобрых людей. Такие люди каждое утро приходят с хорошим настроением, когда у тебя оно совсем поганое.

Мой прошлый напарник, тот про которого я сказал Никите. Когда я сказал Никите, что с ним будет то же самое, что и с моим прошлым напарником, если он не перестанет называть меня Кирей. Бывший напарник не называл меня Кирей, но он был просто одним из этих гиперсчастливых людей, которые с самого утра начинают капать на мозги, демонстрируя свою бьющую ключом энергию. Не спорю, я и сам недавно был таким.