Дырявые часы

Она продержалась с минуту, а потом всё же открыла рот, чтобы дать волю клокочущей тираде…

Но лексикон детишек, кормивших пернатых остатками блинчиков, не успел перейти в разряд взрослых, так как «художник» достал из кармана очки, привычным жестом разместил на аккуратном прямом носу и заговорил первым.

– Се-ньо-рита… – было начал он по слогам.

Но Пия тут же покатилась со смеху, откинувшись на спину и схватившись за живот. Девушку, колотившую руками по газону и даже по своему растерянному спутнику, трудно было не заметить – и окружающие уставились на странную пару.

То ли акцент сеньориту развеселил, то ли что парень несуразно расставил руки в стороны, боясь нечаянно её коснуться, – но в любом случае остановиться она никак не могла и от хохота уже завалилась на юношу, красного, как помидор.

Наконец она выдавила:

– Вот… ха-ха! Вот… я дура! С большой буквы дура перегревшаяся!

– Почему так? – завис незнакомец. – Разве невинные очки умеют делать дам немножечко глупее?

– Ды… – сдерживала очередной порыв смеха Пия, – ды я не о том! Вот я дура: подумала, что не портрет мой выйдет, а прямо чудо природы.

А тут – художник-то без очков меня малевал! Эт… ха! эт… что ж там кроме пьяного размытого пятна могло нарисоваться! Ей-богу, щас рожу! – снова закатилась та, а мамаши вокруг начали обеспокоенно галдеть, видя, как после этой фразы девушка ещё сильнее схватилась за живот.

Пия заливалась так заразительно, что и парень уже не сдерживал улыбку.

– Чего вы, сеньорита? Вон даже люди испугались.

– Я и говорю: даже люди – и те испугались! Ха-ха-ха! Без страха и не взглянуть! Слепой художник!.. Ха-ха! А я тогда – нелюдимая танцовщица для… ассамблеи пенсионеров!

Незнакомец тоже захохотал в голос – и вот они уже вдвоём, вцепившись в друг друга, «в конвульсиях» валялись на траве. Насилу придя в себя, юноша спросил:

– А всё-таки… причём тут портрет?

– А что? Портрета нету? – Пия посмотрела на него в упор широкими ореховыми глазами.

– Сами взгляните – я ж слепой.

– Не бери в голову, ты и так симпатичный, – отмахнулась Пия. – Ладно, сама проверю: достаточно ли круглое пятно там у тебя – или циркуль взять?

– Ну проверь… – рискнул «художник» перейти на ты, но молодая испанка этого даже не заметила.

С нетерпением она зашелестела листами. Все они оказались пустыми, кроме одного, смятого, который сеньорита начала разворачивать, но вдруг остановилась:

– Что это? – растерянно спросила она.