Дырявые часы

Он понял, что хохот вылетел из окна, и побрёл дальше. Теперь, ненароком поглядывая вверх, он заметил в темноте красный уголёк сигареты и вспомнил неприятную новость мадам Ордонне: жена опять что-то от него скрыла. Но он снова попробует её раскрыть, успокоить; даст понять, что не будет ничего страшного, если она начнёт с ним делиться. Да хоть всем на свете. Да хоть самой мелочью. На каждое «отстань» он заобнимает её до смерти, а любое «не сейчас» будет беспощадно зацеловано.

Какой-то звук его отвлёк, но из-за эха он не понял какой – да ещё от быстрого движения всё время шелестела упаковка цветов.

Неожиданный звук будто проскакал перед ногами и скрылся в земле.

«Тьфу ты, забыл пепельницу купить, – мелькнула мысль. – Хотя сначала надо поговорить, а потом уж… А то что я, как дурак, приду с букетом – и пепельницей! Такой себе чахоточный водевиль!»

Опять свистнул прыгающий звук. На сей раз он проскочил слева и, оставляя гулкий шлейф, укатился в темноту.

Жиль остановился в фонарном свете и посмотрел по сторонам.

Рядом никого не было. Сделал шаг в более тёмное место, подождал, пока глаза привыкнут, и обшарил взглядом закутки, скудно освещаемые оконным светом. Но и там никто не обнаружился.

Ивон хотел было спросить «кто здесь?», но подумал, что это глупо, и, видимо, он сам, по нечаянности, пнул какой-то камешек под ногой. Ничего не оставалось, как пойти дальше. Вон уже и дом завиделся. Поднажмём.

Неожиданно до него отчётливо донесся чей-то приближавшийся топот.

Он резко обернулся, как оружие, выставив перед собой цветы и закричал: «Что вам надо?!»

Позади никого не оказалось, но поодаль застыл размытый силуэт. Он не отвечал.

Жилю было уже не до шуток. Он крепко сжал кулаки и услышал, как ломаются стебли в фольге. Из-за этого он взбесился ещё сильнее: «Иди сюда, козёл! Я твою трусливую харю быстро размажу! Чего ты там спрятался, как пацан?!»

Всё выглядело крайне странно и непонятно: силуэт не подавал признаков жизни и продолжал пристально пялиться на противника.

Жиль сделал несколько шагов во тьму, расправляя накаченную грудь, всё ещё призывая преследователя приблизиться. Ивон не раз сталкивался с ночными отморозками и знал, что если сейчас смело побежать к незнакомцу, то тот рванёт наутёк. Но бежать ни к нему, ни за ним не было ни малейшего желания.

«Чёрт с тобой, дрейфяк! Вали домой, пока цел!» – Крик Жиля разлетелся по округе.

Незнакомец всё слышал, но никак не откликнулся.