О чём думают медведи. Роман

Я встал, зеленый диванчик с кистями больше не казался мне уютным. Шеф этим бредовым предложением все перепутал у меня в голове. Я собирался просто покинуть здание и отправиться на поиски нового места работы.

– А почему это вдруг стало так важно? – неожиданно спросил я. – Раньше я с таким трудом пробивал каждую строчку в бюджете, каждый час на полигоне, аренду оборудования поминутно.

– Ну не прибедняйся, – вымучено улыбнулся заведующий лабораторией и с грустью добавил: – Мне кажется, это последний для нас с тобой шанс спасти науку.

– С чего вы взяли? Может, все мои данные и в самом деле липовые.

– Возможно. Но в данный момент мы все их считаем настоящими. Будем от этого отталкиваться, ладно?

Я отвесил театральный поклон. Видимо, за то, что мне всучили проблемного гения из черного списка.

Я никогда не задумывался, откуда во мне это поразительное чувство равновесия. Я легко балансировал на безнадежно шатких конструкциях. Мне было не нужно слишком много ясности, слишком много ответов.

Гораздо удобнее было оставаться в неведении. Это касалось любого обладания. И в то же время я слишком хорошо понимал, как все устроено. Вот почему мне так легко было прокладывать путь. Я проникал в саму суть вещей. Людям рядом со мной приходилось мириться с моей способностью определять истинную цену всего. Не было смысла на чем-то зацикливаться – практически все, на что с целью обретения или достижения люди тратили столько усилий, являлось лишь расходным материалом. Это касалось любого предмета, качества, понятия, чувства. Все они были нужны, чтобы в любой момент подвергнуться безжалостной утилизации. Вот, в чем был смысл.

Дома я оказался за полночь. В коридоре горел свет. Моя девушка Эльвира спала в гостиной на коврике для фитнеса, к ступням были пристегнуты утяжелители, рядом с раскинутыми руками покоились гантели. Окно было нараспашку, занавески колыхались, она словно медленно дрейфовала, как сухой лист на глади пруда.

С безбрачием у меня ничего не вышло, такие, как Эльвира, соблазняли меня своей координацией. Я не думал, что люди способны на такое. Хотя это было свойственно лишь некоторым из них. Это было умение возвращаться в исходную позицию и в исходную точку с максимальной точностью. Даже теоретически это было неосуществимо, но для некоторых особей это была физическая норма. Сами-то они этого не замечали.