Кукловоды

Она проплыла мимо них, окутав их облаком аромата своего парфюма.

«Ну а Кожемякин там чего?» – поинтересовался Петр у Андрея.

«Ничего, – удивился Андрей. – А что Кожемякин?»

«Не хочет еще обратно свою дочурку забрать? А то она меня сейчас буквально прижала к стене и пытала, когда мы поручим ей серьезное дело!»

«Ну а ты что?»

«Ну сказал, что будет вести Usual Electronics, если выиграем тендер!»

Андрей засмеялся и заметил:

«А прикинь, и правда выиграем!»

«Ну, значит, будет делать Usual Electronics „шанелью“ в мире бытовой техники!» – засмеялся Петр.

* * *

«Я изучил ваше предложение. Но, если честно, я был немного разочарован скидкой за лояльность, которую вы мне предложили. Не дорого, видимо, стоит нынче лояльность», – заметил Шнайдер, изобразив на лице досаду.

«Двадцать пять процентов – это очень хорошая скидка», – возразил Андрей.

«Такую скидку мы никому не делаем. Только вам, потому что очень ценим вас как клиента», – добавил Петр с некоторым вызовом.

Шнайдер с подозрением посмотрел на Петра и обратился к Андрею:

«Что ж, очень приятно это слышать. Но я рассчитывал на скидку немного побольше… Тридцать процентов меня полностью устроят. И я забуду, кто такая Лера Чернявская».

Андрей с Петром переглянулись, и Петр еле заметно отрицательно качнул головой. Андрей отвел взгляд, задумчиво посмотрел на канделябр, висящий на стене как раз напротив него. Он знал, что они могли себе позволить скинуть еще, но не будет ли Шнайдер и в дальнейшем выкручивать им руки.

«Тридцать процентов – это больше, чем мы можем себе позволить. Даже при всей любви к вам», – вмешался Петр.

Шнайдер выжидающе смотрел на Андрея, и тот, вернув свой взгляд от канделябра, посмотрел на Петра и ответил скорее даже в большей степени ему, чем Шнайдеру:

«Хорошо, пусть будет тридцать процентов, – и, переведя взгляд на Шнайдера, добавил: – Но только в силу того, что вы – наш самый любимый клиент».

Шнайдер расплылся в довольной улыбке, разведя руками, словно обнимая воздух.

«А вы – мои любимые пиарщики», – произнес он и протянул руку для рукопожатия сначала Андрею, затем – Петру.

«Надо было стоять на своем. Двадцать пять – это и так до фига», – упрекнул партнера Петр, только они вышли из офиса «РусИнвестКапитал».

«Мы потом отыграемся, – ответил Андрей. – Сейчас нам главное его сохранить, а в бюджет на следующий год незаметно это все зашьем».

«Ну ок.