Невеста трех женихов

Глупо улыбаясь, вышла она на балкон, прислонилась к кирпичной стене и с наслаждением прислушалась к вечернему шуму родного города. Тепло было по-летнему. А в душе сама собой расцветала весна. Она и не заметила, что рядом кто-то стоит, пока этот «кто-то» не взял ее осторожно за руку.

– Сережка! – тихонько выговорила она, словно в первый раз его окликнула.

– Святка! – произнес он имя, которое в хорошую минуту как-то выдумал для нее, сказав тогда, что святки – это праздники, а Светка и есть ходячий праздник.

Они обнялись и стали целоваться.

Что же это такое с ними случилось? Почему не раньше и не позже, а именно в тот вечер? Как будто брели впотьмах, и вдруг – вышло солнце, все осветило, и все стало ясно и понятно в один миг. И ничего другого просто быть уже не могло.

Как дальше продолжалось дружеское веселье, было им неведомо. Просто остались на всем белом свете, во всей черной ночи Сережа и Святка, два разных человека, которые друг без друга больше никак не могли. И не смогли бы никогда и ни за что.

Он был свой, знакомый-презнакомый. И совсем новый. Потому что отныне – любимый. Она не боялась с ним ничего. Она все знала про него.

Они тихонько просочились с балкона в гостиную. Все разбрелись кто куда. Кто-то курил на кухне, кто-то целовался. Инка в тубзике громко болтала по телефону со своим парнем, который не пришел на праздник из-за какого-то непонятного концертного турне.

Не говоря ни слова, Светка увела Сережку к себе. Все ее семейство проводило начало осени на даче.

Дома было спокойно-спокойно. И на душе Светкиной царил покой. Странно: сердце колотилось не только в груди, а где-то в пятках, в висках, в горле, в кончиках пальцев. Но душа светилась спокойной радостью: она нашла свою половинку.

Они целовались, ласкали друг друга, ничего больше не было между ними той волшебной ночью. Они узнавали, не спеша и не боясь, какую радость смогут дарить друг другу, любя.

– Святочка, праздник мой вечный. – Любимый целовал ее волосы, пальцы, плечи.

– Сереженька мой…

Так они провели два дня и две ночи. Только в ласках и нежности. Немыслимо. А было. И именно так.

Сережа не спешил. Не настаивал на окончательной близости. Он любил. И вполне готов был ждать. Они были рядом-рядом, в поцелуях, задыханиях, во всей полноте и мечтах юности.

И хорошо, что все случилось так, а не иначе.

Он сказал, что они должны пожениться. И быть все время оставшейся жизнь вместе и друг для друга.