Алфи и Джордж

Джордж подошел ко мне, принюхался, и я ласково на него посмотрел. Он-то ни в чем не виноват, он просто беззащитный котенок – мой беззащитный котенок, с ума сойти! Я тихонько тронул его носом; как можно обидеть это крохотное создание? А он посмотрел на меня своими глазищами, дернул тоненьким хвостиком, и я понял, что должен о нем позаботиться. Котенок и правда был мой.

– Джонатан, смотри, смотри, Джордж уже очаровал Алфи. Я так и знала! – торжествующе воскликнула Клэр.

Джордж робко мяукнул. Агнесс постепенно сменила гнев на милость, но первое время я перед ней терялся.

С Джорджем я так поступить не мог. Вообще ни с кем бы так не поступил, а с этим малышом особенно. Потому что я кот, а мы в основном более уживчивые, чем кошки. По крайней мере, я так считаю! Джордж шагнул ко мне, и тут подошла Саммер с ленточкой в руках. Джордж с упоением кинулся ее ловить.

Саммер смеялась, Джордж бегал за ленточкой, а Клэр, довольная, смотрела на нас. Даже я не удержался от улыбки.

– Я знала, что все получится, Джонатан.

Чем больше детей, тем лучше. Любых детей, – многозначительно заметила она и поцеловала его в щеку.

Джонатан обнял ее в ответ, но ничего не сказал.

Вечером мы первый раз ужинали все вместе. Для Джорджа поставили отдельную миску, но он все время жадно заглядывал в мою.

– Привет, – ласково сказал я, когда люди не могли нас услышать.

– Привет, – тихонько пискнул он.

– Вот и твой первый ужин в этом доме. Надеюсь, тебе все нравится.

– Спасибо.

Его голосок дрогнул, и я подумал, что он, наверно, еле жив от страха; вид у него был перепуганный.

Джорджу давали особый корм для котят, поэтому мою еду нельзя было оставлять на полу, чтобы он за мной не доел. Клэр объяснила, что я должен съесть все сразу. Одно неудобство за другим! Как многие кошки, я предпочитал есть неторопливо и оставлять запас, а не вылизывать миску дочиста. Теперь же у меня было два варианта: доедать или голодать. Джордж нерешительно поел из своей миски; похоже, он и в самом деле был растерян.

После ужина он пошел за мной в гостиную.

– Ты меня умоешь? – спросил он, когда я начал приводить себя в порядок.

– Еще чего? – опешил я. – Умывайся сам!

Джордж понуро опустил мордочку, и мне тут же стало стыдно, что я ему нагрубил. Я много сил и времени тратил на то, чтобы поддерживать шерсть в чистоте, но Джордж в этом был не виноват. Он снова посмотрел на меня, широко раскрыв глаза, и я слегка смягчился: невозможно устоять перед подобным обаянием.