Трёхмерное послание. Сборник стихов. Том II

У любви закон суров:

Болью управляет боль.

Чувства плачут на Покров,

Ставят возраст под контроль.

Брею совесть по ночам,

В темноте глаза острей.

Чувства плещутся журча,

С каждым днём любовь больней.

Нет крыла, и он постыл,

Неприятье – тяжкий крест.

Одиночество – костыль,

Без любви – поближе смерть.

Не надейся, не пущу,

Не пытайся обмануть.

Прижимайся, задушу,

Боже мой, как бьётся грудь!

Сердце рвётся пополам,

До шкодливости знобит.

Счастье – блудный каландар:

Я люблю ночной гамбит.

Мы сплетенье двух сердец,

Арабеска во плоти.

Плотоядности венец,

Нам с голгофы не сойти.

Я послушливо люблю,

И не важно, что семья.

Сын родится к февралю.

Я устала от вранья.

Между мной и мной вражда.

Я – злобливая змея.

Жалю поедом, греша.

Я пустая и… ничья.

Я холерик своих истерик

Я холерик своих истерик.

За гордыней нахальство растёт.

Злая речь – логичный критерий,

Я страдаю от умных забот.

Думать вместе не значит «вместе».

«Не губи!» – упреждая, кричу.

Вспоминая последний вечер,

Без упрёков за верность плачу.

Я защиту нашёл в мадере,

Запах хлеба, фундук на губах.

За колючей стеной, в вольере,

Дом без крыши, клопы в лежаках.

На цепях голодают чувства –

Охраняет горбатый монах.

Впереди надежды – безумство,

И повадки – в бездушных тонах.

Надо душу скорей проветрить,

Злые мысли елозят хитрей.

Легче русской рулетке верить,

Там, где пуля, – гонец побыстрей.

Я смотрю вперёд без оглядки,

Горечь жизни – страда без души.

Я пытаюсь сберечь остатки

И хватаю любовь за грудки.

Сердце правде за боль не верит,

Ржавой бритвой в сознанье проник.

Взгляд распятый несчастьем веет,

И размытая совесть – должник.

Память держит за горло, маясь,

Я от слабости прежним кичусь.

Через раз любовь разъедает,

Я за сутки часами троюсь.

За подмётным – потные страсти,

Мысли прячутся где-то в трусах.

Похоть любит сцены фантазий,

У бессилия сила в мечтах.

Сущность гложет на нервном срыве.

Заменяя любовь на грехи,

Я ищу в смятенье порывы,

И на сердце гадают жрецы.

Чередуясь, вдвоём платили

За бесплодность ушедшей любви.

Цепь событий, рисуя, злились

В лабиринтах отпетой души.

Нас изъели плотские мысли,

Мы изгои в канве без венца.

Счастье ревностью напоили,

В этом есть и чужая вина.