Следствие по делу Воланда

Мы назовем только наиболее явное из всего этого. Во-первых, непонятно, зачем понадобилось участие самого Мастера в судьбе Пилата. Воланд предложил Мастеру закончить свой роман, после чего последовало долгожданное освобождение прикованного к одному месту прокуратора. А если бы Мастер умер в своей палате, Пилат так и остался бы сидеть на своем кресле, вечно глядя на луну? А другой мастер мог бы отпустить Пилата? Во-вторых, непонятно, какова природа Ершалаима, к которому протянулась лунная тропа, по которой пошли герои.

Означает ли это, что в тот момент было два города с одним названием – Ершалаим времен Пилата и Ершалаим ХХ века? Перед нами был пространственно-временной разлом? Но этому явно противоречит слова автора, что в этом городе разросся за много веков древний сад: «Над черной бездной, в которую ушли стены, загорелся необъятный город с царствующими над ним сверкающими идолами над пышно разросшимся за много тысяч этих лун садом» [5] (гл. 32). И, в-третьих, непонятно, почему автор описывает в эпилоге Мастера, являющемуся каждый год во сне Ивану, как «пугливо озирающегося обросшего бородой человека»? Это следствие пребывания в вечном приюте? Но почему тогда Маргарита так не озирается?

Последнюю непонятную вещь неподкованный читатель замечает уже при повторном чтении «Мастера и Маргариты».

Под первым впечатлением читателю становится непонятным эпиграф, согласно которому дьявол – это тот, кто вечно желает зла и вечно совершает благо. Неужели Воланд желает кому-то зла? Часто в этом случае делается отсылка на диалог Воланда и Левия Матвея. Именно там рассуждения князя тьмы приводят читателя к мысли к пользе наличия зла в этом мире. Но эта напрасная отсылка делу нисколько, очевидно, не помогает. Все равно эти рассуждения не делают зложелательного Воланда менее желающим зла и доброжелательным. Даже, напротив, из диалога посланника света и повелителя теней как раз и следует, что Воланд желает, чтобы в мире помимо добра существовало зло.

И последнее, на что можно обратить внимание, это то, что имя Мастера в романе пишется со строчной буквы.

Надо сказать, что в этом факте ничего особенного и тем более загадочного нет, вопреки кажущейся в нем странности. Слово «мастер» пишется с маленькой буквы, поскольку оно является не личным именем или прозвищем человека, который его носит, а обыкновенным словом. Так, например, Павел Бажов называет своего героя в «Каменном цветке» – Данилой-мастером. Это не более чем степень искусности.