Кремлёвцы

Что-что?! Что мог ответить – трояк, да она и сама уже в ведомость заглянула и даже, как показалось, огорчилась: «Жаль, жаль. Выше тройки я вам поставить не могу. А с тройкой вы не пройдёте».

– Так и сказала? – переспросил Николай, чувствуя, как всё холодеет внутри.

– Да, именно так. Но потом подошла к полковнику, что сидел в центре стола – видно, главный у них на этом экзамене. О чём-то с ним переговорила. Вернулась и попросила у меня экзаменационный лист. Я и не ожидал… Она поправила тройку за письменную работу на четвёрку, снова сходила к полковнику, чтобы он подписал, ну и за устный – пять!

– Поздравляю! – сказал Николай.

 – Вот здорово. Видно ты поразил знаниями.

– Да, вот так. Тебе нужно тоже постараться поразить, иначе, если получишь четыре, всё…

– Кстати, а какой вариант у тебя на письменной работе был?

И Константинов рассказал условие нерешённой им задачки.

– Точно… И мне тоже самое досталось. Я и потом не смог решить…

– Потому что задача нерешаемая. Вот и понятно, почему экзаменаторша решила за тебя попросить – всем же известно, почему ты не получил на письменной отличной.

Пока говорили, вышел ещё один абитуриент с огорчённым лицом. Это огорчение было написано настолько явно, что ни у кого язык не повернулся, чтобы спросить о том, как он сдал экзамен. И тут Николай услышал свою фамилию. Он зашёл в зал и доложил:

– Абитуриент Константинов для сдачи конкурсного вступительного экзамена по математике прибыл.

И надо же – попал он к той же женщине. К той же – потому что просто женщина среди экзаменаторов была одна.

Конечно, это бы могло дать какую-то надежду, если бы он не вошёл в аудиторию буквально через одного экзаменуемого после того счастливчика, который рассказал о её нестандартном решении. Здесь была серьёзная закавыка. Даже если удастся поразить знаниями, пойдёт ли она снова ходатайствовать? Ведь может в ответ услышать, мол, пора и честь знать.

Взял билет, сел на один из столов и приступил к подготовке. Вопросы оказались не столько сложными, если точно, не столь сложными для него.

Когда отвечал, видел, чувствовал, что преподавательницы ответы его нравятся. Она, внимательно слушая, едва заметно кивала головой.

Первый вопрос, второй, третий, четвёртый…

Преподавательница ни разу не перебила, смотрела приветливо, всё также делая едва заметные кивки головой.

Наконец, Николай отрубил:

– Абитуриент Константинов ответ закончил.

– Отлично… Просто отлично. Сегодня суворовцы меня радуют. Очень радуют.