Катька. Тридцать восемь историй о любви

Катька. Тридцать восемь историй о любви

Алекс Грас

В этой книжке почти всегда светит солнце, а если идёт дождь – его можно переждать на печке. Рассказчик и Катька – двоюродная сестра – встречаются обычно летом, на даче. Их детство, как и книга – череда коротких историй: иногда смешных, иногда сквозь слёзы. Это история о страхах, торфяных болотах и о волшебной силе слёз. О детском соперничестве, подкреплённом взрослыми пересудами. Меряться оценками, игрушками и днями, проведёнными в больнице, количеством родительского алкоголя и качеством пойманных ящериц – к чему приводит такая привычка? В чём-то похожие друг на друга, а в чём-то невероятно разные, Катька и её сестра будут расти, меняться, проживать необходимость быть вместе и завоёвывать желание быть по отдельности.

Даже если вы никогда не соперничали с сёстрами, не дрессировали кур и не думали, что ваша бабушка – инопланетянин, вы найдёте в каком-то из рассказов себя. Маленького, смелого, умного, чуткого и очень любящего. Этого себя вам непременно захочется обнять. Обнимите же.

Про череп, дохлых жуков и хорошую девочку Катю.

Однажды в детстве мне сказали, что к нам снова едет хорошая девочка Катя. Для меня – просто Катька. Моя двоюродная сестра.

Между нами было ничего.

Такое, знаете, зубастое ничего, оно бывает между детьми, которых свели взрослые со словами "вот тебе хорошая девочка на два месяца, вы будете спать в одной кровати и подружитесь. Покажи ей свою коллекцию дохлых жуков, крыло голубя и домик на дереве".

Катьке говорили, что хорошая девочка Саша уже прочитала все книги дома и у соседей.

Мне говорили, что хорошая девочка Катя выше всех развлечений ценит возможность постирать свои платья и помыть посуду за всеми членами семьи.

Предчувствуя очередное весёлое лето "не-ходи-с-Катей-на-озеро-она-утонет-не-бери-Катю-в-лес-она-боится-выкинь-дохлых-жуков-Катя-плачет" я поняла, что нужно что-то решать.

Кругосветное путешествие провалилось: на меня настучали соседи.

Направляясь в сторону леса с рюкзаком, в дедушкиной шляпе и с его же большой палкой, я была слишком очевидна.

Оставалось сделать так, чтобы Катька сама захотела домой. Кажется, в предыдущие годы ей было со мной слишком весело.

Я не придумала ничего умнее, как из большого листа плотной белой бумаги – дедушка припас, воздушного змея с нами, дурами, делать – вырезать большой череп с клыками и намазать его дедушкиной же светящейся краской.