Абвер

Прежде всего отмечу, что в ту пору Вильгельм Нойман был таким же молодым и здоровым мужчиной, как и я. Круг его интересов был чрезвычайно широк: экономика, военная история, искусство. Наши с ним беседы на разные темы так или иначе замыкались между тревожными ожиданиями его дальнейшей судьбы и его надеждами на скорое освобождение немецкой армией, которая, по его мнению, вот-вот возьмет Москву. Ему, как кавалеру высокой государственной награды – Рыцарского креста, было присуще тщеславие и привычка почитания, поклонение со стороны подчиненных.

Как историк, он хорошо знал, что территория от Львова до Винницы и Умани когда-то принадлежала польским магнатам, и, вероятнее всего, он также знал о существовании Уманского Софийского парка. Он упоминал что-то о «роскошной природе», окружавшей дворец, на территории которого дислоцировалась его команда, в последнем периоде моих контактов с ним. После того как Нойману показали кадры кинохроники Московской битвы, где немцы потерпели свое первое крупное поражение, он уже перестал надеяться на свое чудесное освобождение. Я предполагаю, что именно в упомянутом дворце и состоялось пленение ста двадцати абверовцев нашими солдатами.

Раньше, во время оккупации Польши, а затем Франции, Нойман со своей командой позволял себе короткие «туристические» прогулки по историческим местам покоренных стран. Поэтому, проезжая через живописное село Вороновица, он решил на время остановиться в польском дворце. Что на территории дворца происходила стрельба или был короткий бой, свидетельствует всего одна могила.

С тыльной стороны Вороновицкого дворца находится могила безымянному советскому разведчику.Так написано на гранитной плите памятника. Люди из старого поколения жителей поселка смутно, отдаленно, что-то вспоминали, что летом в 1941-ом во дворце квартировала немецкая абверкоманда. С вороновицкими жителями я встречался летом 1991, когда проездом в Херсон на своем «Запорожце», на полдня останавливался в селе. Я побывал в залах дворца. В нем располагался музей авиации и космонавтики. Я прочел интересную историю создания и жизни этого дворца. С него начинается история русской авиации. Само название села «Вороновица», вроде бы определялось одноименным названием речушки, протекавшей издавно через село. Однако, для меня в этом названии было нечто символическое: ворона со своими широкими крыльями является устойчивым планером. Она и в ветреную погоду летает уверенно, и чувствует себя свободно, как рыба в воде.