Жизнь в сибирской глубинке

Это имело для деревенских жителей, однако, только эстетическое значение, так как пристани в деревне не было.

Через деревню проходил гравийный тракт Енисейск – Красноярск. По нему люди ходили, перевозили грузы, ездили по своим делам. Всё в округе было связано с ним. Деревня, таким образом, представляла собой довольно бойкое место. Народу в ней с течением времени перебывало много всякого разного. Происходило много разных событий.

Движение по Енисейскому тракту осложнялось наличием водной преграды. Имеется в виду речка Галкина.

Уровень воды в ней, как и в Енисее, сильно менялся в зависимости от времени года. Весной, например, были сильные разливы, половодье. Это доставляло много хлопот. Выручала паромная переправа. Были неоднократные попытки строительства деревянных мостов. Какое-то время они держались, но весенние разливы и ледоходы делали своё разрушительное дело. Положение изменилось к лучшему после постройки Красноярской ГЭС, которая отрегулировала в основном поток воды в реке, сделала его более или менее равномерным. Однако проблема устройства надёжной переправы существовала ещё долгое время (в частности из-за недостатка финансов). Она была кардинально решена только в конце двадцатого века, когда построили, применив современные железобетонные конструкции, постоянный мост.

2. Обстоятельства моего рождения и детства

Мои родители сыграли свадьбу в январе 1945 года. Сначала жили некоторое время в родительском доме моего отца вместе с его сёстрами и братьями, потом поселились отдельно в школе.

Моя мама работала в ней учительницей, являясь одновременно её заведующей. Школа была небольшая, учились в ней только начальные классы. Располагалась в центре деревни. Вместе с родителями стала жить в школе и моя бабушка по маминой линии. Семья занимала помещение учительской и ещё хозяйственную комнату. Между ними встроили дверь. Получились жилая комната и кухня. На кухне сложили печь для приготовления пищи.

Здесь, в школе, в 1946 году я и появился на свет.

С некоторыми, можно сказать, приключениями. Мама потом часто вспоминала мое рождение и говорила о том, что я родился якобы в рубашке. Сначала я не очень понимал, что это значит. Воспринимал как шутку. Потом мне доступно объяснили, в чём дело. При этом сказали, что это хороший знак в плане предстоящей жизни. В семье я был первенцем. Год спустя родился мой брат. Поскольку родители работали, нашей няней и повседневным воспитателем стала бабушка.