Я сам нарек себе судьбу

Я? Я – модельер Ленинградского Дома моделей! Да-а! В журналах моды и мои модели!.. А до вой ны я была еще школьницей. Моего папу, одноногого инвалида Первой мировой, посадили в тридцать восьмом году в Большой дом по делу Гознака. Может, слышал? Да вряд ли… Он был бригадиром электриков… Два подлеца лентяя из его бригады написали на него донос: мол, он призывал бойкотировать выборы в Верховный Совет и рассказывал политические анекдоты. Вот его и замели до кучи вместе со всем фабричным начальством. Шили дело об антиправительственном заговоре.

Все под пытками подписали – и под расстрел, только он за два с половиной года ничего не подписал. А когда сменили Ежова на Берию, состоялся открытый суд, и – чудо! – его оправдали!.. А один из доносчиков повесился… Отец вышел совсем больной и через полгода, аккурат перед войной, умер от сердечной жабы… Ему всего-то сорок лет было… Началась блокада, мать вышла замуж за соседа-поляка, и их срочно депортировали в Сибирь. Поляк-то скоро умер…

А я осталась одна в Питере семнадцатилетней девчонкой… Папа был хозяйственный, наготовил перед войной два сарая дров, так что вся родня – семь человек! – жила и грелась у меня, в нашем номере фабричного общежития.

Знаешь, такая система… коридорная, с общей уборной на десять очков. Развели они мне клопов и тараканов, а потом стали воровать… Родная тетя у меня карточки сперла! Вот я всех и выгнала, кроме подружки… Да и та потом отплатила мне черной неблагодарностью. Отец перед войной устроил меня на швейную фабрику. Там я своего Сига и встретила… И поженились… еще в блокаду. Совсем девчонка была… Не то чтобы я влюбилась: просто не хотелось помереть, так и не отведав, что такое любовь… Я, конечно, сразу залетела, да с голодухи у меня выкидыш случился… Сиг – потому что тихий, как рыба, не пьет, не курит… Сутками на работе, или в райсовете, или в избиркоме, или в суде заседает… По праздникам командует колонной от фабрики… Но в тихом омуте черти водятся! Он работает начальником цеха, а там баб – пруд пруди! Я уж второй раз беременной была, как узнала, что он мне изменяет… Выгнала его сначала, да мама в конце блокады вернулась, привезла денег и уговорила меня: мол, у ребенка должен быть отец. Я и пустила его обратно, но с тех пор с ним не сплю – противно! Я ушла с фабрики, окончила техникум и работаю в Доме моделей… и очень успешно! Мы с Сигом – совсем разные люди, я даже в театр одна хожу и в Крыму с моими легкими тоже одна отдыхаю. Его это устраивает.