Имя тебе дала не мать. Жизнь после смерти

 – Ведь я играла здесь, когда была маленькой, да и потом часто навещала это место… это развалины старого замка… Даже сегодня, – или это было вчера? – я шла сюда с кладбища с подругой, и это были развалины! А, кстати, где Дарк? Почему я здесь? И что вообще все это значит?! – возмущенно под конец задала она свой излюбленный вопрос.

Собеседник выслушал ее молча, без единой эмоции на каменном лице. После чего удостоил «несчастную» ответом.

– Я понимаю твое недоумение, новообращенная, но позволь…

– Никакая я вам не обращенная! Мое имя…

– Да я знаю.

– Да, недешево встала кому-то эта разруха…

– Этот замок купил я. И насколько ты могла видеть, изнутри это вовсе не «разруха», как ты изволила выразиться.

Орна скромно опустила голову и задумалась.

– Так что прибереги свою спесь для другого случая и желательно без моего непосредственного участия. Поняла ли ты меня, новообращенная?

– Да… – тихо ответила та, не поднимая головы.

– Хорошо, а теперь пошли. Твоя новая жизнь начинается сейчас…

Даниэль легко подхватил ее податливый локоть и повел обратно в замок. Весь обратный путь они оба молчали: Орна потому, что была крайне смущена, ей было стыдно за свое поведение, и еще ее очень интересовал этот величественный незнакомец в плаще с длинными волнистыми волосами; а Даниэль вообще предпочитал не разбрасываться словами, и всем своим видом выражал крайнее спокойствие.

– Можешь ничего не бояться. За тем забором, что окружает наш замок, он смотрится ни как иначе, как развалины.

Так же «под руку» они прошли гостиную залу, поднялись на второй этаж по тем же роскошным коврам, какой-то мальчишка, согнувшись перед ними в три погибели, отворил тяжелые дубовые двери, и они оказались в приемных покоях, которые не отличались от прочих комнат ни скромностью убранства, ни обилием мебели.

– Сядь, – указала он Орне на невысокий, с резными позолоченными ножками и обитый алым бархатом, пуф.

– Этот замок купил я, если тебе интересно.

Орна перевела на него изумленный взгляд.

– Да, это так.

Она изучала его бледный горделивый профиль. Он, будто с неохотой, постукивал пальцами по подлокотнику своего кресла с высокой кованой спинкой.

Орна положила подбородок на ладони. «Так вот ты какой. Даниэль.