Последний день Кали-Юги

– Так ведь Нина Аверьяновна говорила про восемь человек, – сказал он, продолжая посмеиваться. – А Серж был девятым. Вот и не вписался в зону понимания.

Павлуха удивлённо уставился на него.

– Ты чего развеселился?

– Фамилию оправдываю. Понимаешь, Паша, Веселов моя фамилия.

Василий Матвеевич внимательно посмотрел на Ярослава.

– Мы не встречались прежде? Мне ваше лицо знакомо.

– Встречались. В Москве во время шествия нетрадиционного сброда и последовавшего за ним побоища.

– Ах да, теперь вспомнил.

Вы сибиряк. Ну что же, рад, что мы снова встретились!

– Честно говоря, я не очень рад, – продолжал Ярослав, поддаваясь приступу нездорового веселья. – Не дай, Бог, нам ещё когда-нибудь встретиться.

– Это почему же? – удивился уралец.

– Ну, сами посудите: при первой встрече мы стали свидетелями драки, при второй – участниками. Поскольку события происходят по нарастающей, при третьей у нас есть все шансы стать жертвами.

Василий Матвеевич ещё некоторое время удивлённо смотрел на него.

Потом понял, что собеседник шутит, и тоже заулыбался.

– А вы ведь верно подметили – есть закономерность.

Нина Аверьяновна внимательно вслушивалась в их разговор. На её лице читались страх и любопытство. Наконец, она не выдержала и задала свой вопрос:

– Что же случилось в Москве? Как я поняла, кого-то побили?

– Да, было дело. Довелось нам с Ярославом Григорьевичем стать свидетелями крайне неприятного зрелища, – Василий Матвеевич подробно рассказал о недавнем происшествии.

Когда он закончил, повисла пауза. Молчание нарушила Нина Аверьяновна:

– Господи, ужас-то какой! Что творится с людьми! Совсем озверели.

Андрей согласно качнул головой.

– Вы правы: ужас, что творится. Люди не просто звереют – в скотов превращаются. И уже не стыдятся своего скотства, а несут его гордо над головой, как знамя. То, что четверть века назад считалось позором, стало выставляться напоказ. Радугу на флагах намалевали, ублюдки!

– Это грустно, очень грустно, – согласился с ним Сергей.

 – Словно детей ограбили. Ведь радуга – это первое, что дети начинают рисовать. Наши давние предки почитали радугу как символ чистоты. Теперь выходит наоборот.

– Общество стало слишком терпимым, – сказал Ярослав. – Раньше, если кто-то выделялся, пальцем тыкали. Сейчас никого ничем не удивишь.

– Общество стало безразличным, – высказал своё мнение Василий Матвеевич. – Никому ни до кого нет дела. Вот и расползается гниль по стране.