Про баб в Ягодках и мужиков в цветочках

Молча он отправился делать порученную работу и долго возился с проржавевшими кранами, шлангами, устанавливал на грядках брызгалки, увлёкся и вдруг осознал, что ему эта грязная работа стала нравиться. А сверкающие после умывания листы огурцов, зелень укропа и петрушки, ажурная морковная ботва словно улыбались благодарно, встряхиваясь под душем.

Мама весело мелькала рядом, собирала клубнику, иногда подходила, протягивала Саше уникальные, крупные и душистые, ягоды. Он с удовольствием их ел, а мама посмеивалась:

– Теперь понимаешь, что есть понятие «дача»?

Настроение Сашино заметно улучшилось, он приятно устал, но удовольствие от проделанной работы перекрывало эту усталость.

Уже и чувство голода проявилось, но он не спешил выпрашивать обед, курил всё на той же лавочке, безжалостно побитой им ночью. Погладил виновато шершавую доску: несправедлив был вчера и неоправданно зол. И грядки вовсе не скучные, просто старательные труженицы, они отвечают на заботу Евгении Васильевны щедрым урожаем. Мама наконец-то позвала обедать и за обедом огорошила:

– Светлана Ивановна пригласила в гости сегодня вечером. Мы обязательно должны пойти, она очень обидчива и расценит отказ как неуважение.

– Мам, сходи одна! – Саше совсем не хотелось идти в какие-то там гости.

– Нельзя, сынок! Она приглашала именно двоих.

Саша недолюбливал высокомерную, надменную Светлану Ивановну с детства. Она вроде ласково угощала конфетами, протягивая медленно:

– Возьми конфэтку, дэточка! – но при этом смотрела холодно-равнодушно, словно ждала, чтобы «дэточка» быстрее исчезла.

Она и к Евгении Васильевне относилась презрительно-снисходительно, но мама ничего не замечала, продолжала общаться с вдовой, уважая её и побаиваясь. Мама огорчилась, её губы обиженно задрожали от Сашиного отказа, и он быстро выговорил:

– Ладно, ладно, пойдём! Ради тебя я готов вытерпеть этот визит. А по какому поводу сбор?

– То ли день рождения кого-то из покойных мужей, то ли день кончины, – Евгения Васильевна улыбнулась.

 – Боюсь, она сама не помнит.

* * *

Дача Светланы Ивановны не была в привычном смысле дачей, скорее, это была загородная усадьба. При первом муже, в скромные советские времена, на небольшом участке был возведён типовой домик, ничем не отличимый от других. Второй муж во время «перестройки» перестроил и дом, возведя роскошный многоэтажный особняк, и прикупил соседский участок, поскольку дом поглотил всю землю на своём.