Поймать Большую Волну

– Опять ската увидел! – заволновался швед и, сделав рупором руки, закричал: – Ансгар, вернись! Тебе учитель запретил приближаться к скатам! Здесь скаты – убийцы!

– Бесполезно, – ответил китаец. – Он слов не понимает.

– Когда скат его долбанет, тогда поймет!

Оба опять уставились на волны, облизывающие их ступни.

– Вот твой камень, Вейс! – воскликнул Бенгт. – Принесло и не уносит. И заметь, следующие волны только двигают его к твоим ногам.

«А ведь точно, – озарило Марка. – И мне казалось, что после эмиграции в Израиль волны только двигали ко мне удачу…»

Через год с небольшим после предложения офицера КГБ семейство Крамер уже сходило с трапа самолета в аэропорту Бен-Гурион.

Мама до последней минуты не верила, что им разрешили выехать за границу. Все документы были оформлены как-то неправдоподобно быстро, и как-то не по-советски легко приобретены билеты на самолет до Тель-Авива.

– Надо же, – все никак не могла поверить мама на высоте девять тысяч метров, – не прошло и двенадцати лет.

– Почему же не прошло, – вяло поддерживал разговор папа. – Прошло ровно двенадцать лет и двенадцать дней.

Папа догадывался, что их семью выпустили из Советского Союза не просто так. Он внимательно вглядывался в сына, но задавать вопросы на щекотливую тему не решался.

Когда Марка в израильском аэропорту пригласили в комнату ШАБАКа, в которой за три минуты раскалывали агентов советских спецслужб, родитель сильно напрягся. Жуткие картины возникли перед глазами, однако ровно через двенадцать минут Марк вышел оттуда развеселый, как сукин кот.

«Видимо, в Москве хорошо натаскали», – с облегчением подумал отец.

И действительно, год обучения в разведшколе КГБ не прошел для Марка даром. Он быстро схватывал основы шпионских наук, что называется, ловил на лету, проявляя недюжинные способности к учебе, чем вызывал неподдельную симпатию преподавателей.

Выпускнику ускоренных курсов предписали как можно быстрее обжиться на новой родине и поглубже внедриться в государственную структуру Израиля.

Порекомендовали устроиться в Центр пропаганды при канцелярии премьер-министра. Намекнули, что туда внедрен нужный человек, который посодействует в приеме на работу.

Нельзя сказать, что Марк с легкостью пережил эмиграцию в Израиль. Он только с виду казался беспечным и невозмутимым, на самом деле внутри у него все сжималось от страха перед новой жизнью.