Цена дружбы

Катя сразу приметила папку, лежащую на столе, потому первая спросила:

– Я полагаю, вы хотели поговорить со мной о пьесе? – с серьёзным видом спросила она, устремляя взгляд на папку.

– Да, дорогая вы моя, именно о пьесе. Видите ли, – Константин Степанович достал листы рукописи. – В таком виде её не пропустит не один художественный совет. Забракуют.

И он стал зачитывать некоторые места, которые были совсем уж отвратительны.

Сказать, что Константин Степанович придирался, было бы не верно. Слушая текст со стороны, Катя и сама чувствовала фальшивость, искусственность многих фраз.

– Можно переделать, – неуверенно бросила она.

– Не всё так просто. Эту пьесу надо доводить и доводить до ума. Я знаю человека, который занимается этим профессионально. Его не интересует слава, потому за деньги он превратит любой посредственный текст в шедевр. Но не это главное. Главное в том, что пишут все или почти все, а публикуются лишь по связям. Раз попав на вершину горы, люди из кожи лезут, чтобы там закрепиться и беспощадно уничтожают новичков.

Я понятно объясняю?

Катя сидела, слушала и с каждой секундой ощущала свою обречённость. Либо деньги, либо блат – третьего не дано, об этом её предупреждал и редактор газеты. “Слишком много амбициозной посредственности стремится преподнести себя как гениев”, – вспомнились ей его слова.

– Катенька, с тех пор как я увидел вас полтора года назад, я потерял покой.

Девушка удивлённо вскинула брови.

– Значит, вы меня не помните? А ведь мы с вами ехали в одном поезде.

Саранск – Новосибирск. Я вас увидел ещё на перроне, вы были с Любой. У меня был купейный билет, но я заплатил проводнице, и она мне поменяла на плацкартный. Моё купе было соседним с вашим. Знаете, вы мне очень напоминаете…

– Вот только не надо говорить, что я похожа на вашу покойную жену, которую вы безумно любили.

– Но это правда!

– Вы хотите, чтобы я стала вашей любовницей? – напрямую спросила она.

– Да, – голос Константина Степановича при этом вздрогнул. – Катенька, я буду на руках носить вас.

Катю опять затошнило, но она взяла себя в руки.

– Так что по поводу пьесы?

– Пьесу мы поставим. Я дам вам адрес того человека, он её отшлифует, и всё будет прекрасно.

– У меня одно условие: все пьесы, которые Люба будет писать, вы будете ставить и платить согласно договору?

– Ну разумеется, дорогая.

– И ещё …ни при каких обстоятельствах Люба не должна знать о нашей сделке.

– Хорошо, как скажешь. Поехали ко мне.