Поэты и прозаики земли Русской. Выпуск 1

Бродский «Памятник Пушкину»

Я Пушкина, как Бродский, пожалею,

зимой в крещенский холод и метели

он лучше поменял бы ту аллею

и пьедестал на место у постели,

что у окна бревенчатой избушки,

напротив печки, и трубы, и вьюшки,

у той постели, где в ногах с котом

лежу под домотканым я холстом

и томик Бродского пытаюсь перечесть.

…Дворец наместника увит омелой[1 - Строчка из стихотворения И. Бродского «Anno Domini».]…

И мне, Поэт, порукой ваша честь,

хотя в стихах вы очень даже смелый.

Спускайтесь с пьедестала, я вас жду.

Я чаем вас с малиной отогрею,

и «сукиного сына» вам прочту,

и, может быть, по-бабьи пожалею.

Жалеть по-бабьи – больше, чем желать,

болеть душою, сердцем согревать,

робеть ещё, конечно, и стесняться,

читать, мечтать и вечно восхищаться…

Не нужно здесь высокопарных слов,

как с «нашим всем» бы я поговорила,

теплом согрела, чаем напоила,

и в печку подложила новых дров,

и даже пьедестал посторожила б,

чтоб вы поспали парочку часов…

(В плаще, с причёской, я почти точь-в-точь,

никто не отличит, к тому ж метёт всю ночь…)

Под Ржевом…

Война,

мой милый мальчик,

есть война.

Она грязна —

убийственно грязна.

И холодна, когда

лежишь в шинели

под ледяным,

в три бога мать,

дождём!

А вместо каши —

котелок шрапнелью

пробит.

Да хрен с ним,

с этим котелком.

Вон перед нами

взвод лежит за бровкой,

уже и стоны

больше не слышны…

Их порцию

наркомовскую водки

потребуем поздней

у старшины.

И их помянем

этою же водкой,

холодную перловку доедим…

Коль доживём.

А если…

Завтра в сводках

о нас ни слова…

Что же мы хотим…

Заведено – вся слава

Генералам!

Зато нам водки

сразу полкило!

Чтоб запьянеть,

пожалуй, будет мало…

Ох, сколько ж гарных

хлопцев полегло…

Мы выпиваем, тело согревая

и заглушая голод, холод, страх.

Мы боль потерь

на ярость заменяем,

кто помоложе…

Старым – дело швах.

Они своё давно

отвоевали:

глаза не видят,

ноги не несут…

Они войне сынков

своих отдали

и скоро душу

Богу отдадут.