…и Африка нам не нужна. Роман ассоциативного повествования о молодости, желаниях, долге и любви

Желание Ивванца вызвало в семье переполох. Учеба в Суворовском училище подразумевала постоянное нахождение вне дома и жизнь в казарме.

– Тебе дома не живется? – спрашивала Ивванца мать. – Что за странное желание жить в казарме?

– Живется, – отвечал Ивванец. – Я хочу не жить в казарме, а стать суворовцем. Одно без другого невозможно.

– Почему суворовцем? – удивлялась мать.

Говорить про черную форму Ивванец не хотел, а объяснить свое желание по-другому – не мог.

– Я хочу быть военным, – говорил Ивванец.

– Закончишь школу, – станешь, кем захочешь.

– Я хочу – сейчас. Для меня это – главное.

Подобные диалоги происходили время от времени. В конце концов, Ивванец убедил мать, что хочет осуществить мечту, а не просто сбежать из дома.

Похожие разговоры происходили и в школе. Ивванец учился в «английской» школе, полное официальное название которой разворачивалось в длинную фразу: «Школа, с преподавание ряда предметов на английском языке».

Не смотря на «ряд предметов» в названии, на английском не преподавали других предметов, кроме самого английского.

Но языка было много: один – два урока каждый день.

Выпускники английских школ, как правило, не шли в военные училища за высшим образованием. Учителя считали, что уходить из школы в Суворовское училище после восьмого класса – явный перегиб. Однако, они не спрашивали Ивванца – что это ему не живется дома. Задавать такие вопросы – прерогатива родителей.

– Окончи школу, а там решишь, что делать дальше, – говорили школьные преподаватели.

– Захочешь стать военным – станешь, – говорили в школе. – Это от тебя не убежит.

Ивванец терялся и не знал, что сказать. Спорить с учителями, и вообще – со старшими, было не принято. Да и что объяснять в такой ситуации. Желания ощущаются внутри, говорят языком интуиции и не попадают в сети, раскинутые словами. Мечты «портятся» от прикосновения формализованных словарных знаков. Перезрелый персик истекает соком и пачкает руки даже от несильного нажима.

Говорят, надо следовать интуиции, и не идти на поводу у желаний.

Это – сложно, потому что граница между «интуицией» и «желаниями» не всегда очевидна. «Карты местности» нет, часто приходится идти на ощупь. Некоторые авторы называют этот процесс – «поиском смысла жизни».

– Это творчество, – говорят они, разогнав воображение. – Мы видим то, что хотим услышать, и слышим то, что хотим увидеть. Сложно разобраться в собственных ощущениях.

– Мы видим то, что хотим, – наставляют учителя жизни.