…и Африка нам не нужна. Роман ассоциативного повествования о молодости, желаниях, долге и любви

«Духовное» измерение называлось «идеологией», что только усиливало центробежный порыв Империи Советов охватить ойкумену, – пространство, населенное людьми. Слово «всегда» в ответе Кисы Воробьянинова на вопрос о политическом кредо – вмещало только часть шутки. Великое, трагическое и комичное настолько переплетаются в жизни, что ирония представляется ее излюбленным средством самовыражения.

Советская Республика возникла на осколках идеи «мировой революции». СССР смотрел в зеркало истории и видел весь мир.

В фильме «Чапаев» Петька спрашивал Чапая, смог бы тот управлять вооруженными силами в мировом масштабе. Бесстрашный комдив Гражданской войны и бессменный герой анекдотов отвечал, что не смог бы, потому что не владеет иностранными языками. Стране требовались переводчики, знатоки иностранных языков.

Откровенно говоря, «ключик» языков открывал дверь не «парадного подъезда»[19 - Н. А. Некрасов, «Размышления у парадного подъезда»: «Вот парадный подъезд. / По торжественным дням…» И так далее – согласно программе средней школы по литературе…], а черной лестницы.

Это касалось даже тех, кто «многого добился», и кому повезло.

Выпускники Института сталкивались с тем, что после упоминания об учебе в ВИИЯ – слышали в свой адрес слово «шпион», или, в лучшем случае – «разведчик». Это соответствовало действительности не больше, чем в отношении выпускников любого другого института или университета.

Однако, один китайский властитель сказал, что разведка – служанка при дворе императора.

«Власть» и «обслуживание» власти – две большие разницы. Китайские правители знали, что говорили. Кухарка не встанет у руля государства, даже если готовит царю.

Тем не менее, быть рядом с властью и ее «привилегиями» хотелось многим. К началу 80-х годов ни для кого уже не было секретом, что материальный быт «заграницы» устроен лучше, чем в «стране победившего социализма».

За границей покупали дефицитные товары, которые повышали самооценку у «выезжающего за рубеж» – относительно «окружающих», у которых таких товаров не было.

«Conspicuous consumption – потребление на показ» еще не набрало оборотов ни в СССР, ни на Западе. Однако, люди привычно составляли мнение о себе, исходя из реакции окружающих.

Со временем этого стало больше, хотя с другой стороны – современников обвиняют в равнодушии к окружающим. Одно противоречит другому. Наверно, появилось больше чувствительности к привлечению внимания безразличных.