Голос Незримого. Том 1

И Вечностью Веков объемлемы,

От нас отъятые —

Покоятся…

Но снова должно быть им землями!

Огнем объятые —

Откроются.

Благословлю той ночи бдение —

Им слово чаянья

Мне сказано:

– У неба нет с землей деления. —

И сеть отчаянья

Развязана.

    25 августа 1907

7. ОСЕНЬ

В врата золотые

Вошла я печалясь.

То – кущи ль святые,

Где мы наслаждались?

Влекусь я рыдая

Под сенью заката,

Гирлянд расплетенных

И арок зажженных —

Развалин когда-то

Прекрасного Рая.

Крылатая осень —

Архангел смертельный,

Чей шлем златоносен, —

Угрозой метельной

За счастье карая,

Рукой пожелтелой

Свой меч воздымает,

Как страж изгоняет

Меня за пределы

Осеннего Рая.

Навеки лишусь ли

Я райской храмины?

Вот – порваны гусли

Златой паутины…

Вот – в страхе взлетая,

Кружат херувимы

В пурпурных одеждах

С слезами на веждах,

Всё мимо и мимо

Сожженного Рая…

Последние вздохи…

Последние взоры…

А дальние сохи

Подъемлют просторы…

Бегу, поминая

Немыми слезами

Блаженное лето,

Венки и обеты,

Что вились во Храме

Зеленого Рая.

    Августа 1907

8. НЕБО

Три святые осенние ночи

Мы молились за миг равноденствий.

Облачили нас схимой туманы,

Оковал нас веригами холод.

На холме одиноком и росном

Золотились, как венчики, кудри —

То, подъявши главы свои к звездам,

Постигали мы вышние тайны.

– Друг, вот – Лира… Весы… Это – Дева…

Видишь, – серебра кос Береники. —

Так читали небесные свитки.

Так учили созвездий скрижали.

И душой приобщались мы Миру,

Разуменьем страшились мы Бога…

А у ног безболезненно-кротко

Преставлялись цветы полевые.

А когда нам из скинии неба

Заблестела святыня Денницы,

Перед Ней опустили мы очи

И познали Восторг Совершенный.

    Сентябрь 1907

9. ОСЕНИНЫ

День последний

Будем праздновать мы огненной улыбкою!

От обедни

Я веду тебя рукой упрямо-гибкою.

Стая цаплей

Расплясалась над веселой колокольнею,

Листьев капли

Хороводятся блаженнее, безбольнее…

Солнца жалость

Отогрела грудь земную пред отданием:

Завздымалась —

Ожила она хладеющим дыханием.