Голос Незримого. Том 1

Девичье сердце простое приметнее

Бьется за грубой запаской.

А по сугробам гуляют с обозами

Их женихи удалые.

Словно гвоздем, золотыми морозами

Сбиты пути снеговые.

ДЕРЕВЕНСКИЙ ДЕНЬ

УТРО

Полнеба становится розовым,

Полнеба еще – голубым,

И тянется к рощам березовым

От сел закудрявленный дым.

Вся зелень вдруг сделалась клейкою

От скатных серебряных рос,

И манится стадо жалейкою

На луг, что дремою порос.

Гремя и блистая подойником,

Хозяйки идут на крыльцо

Под качким простым рукомойником

Румяное вымыть лицо.

Хозяева ж, русые волосы

Своей расчесав пятерней,

Спешат на заветные полосы

С телегой, сохой, бороной.

А вслед петухи красноперые

С заборов кричат во весь дух,

И выше всех солнышко скорое —

Златой и горластый петух!

ПОЛДЕНЬ

Кругом поднебесье лазорево.

Ушли облака за плетень…

И ствол вековой осокоревый

Не стелет по улице тень.

Мальцы загорелые щурятся,

За пущенным змеем следя,

И коршуны кружат над курицей,

Лениво крылами водя.

Уж падают ягоды спелые,

Трещит на припеке арбуз.

Купаются девки сомлелые,

С грудей не снимая уж бус.

И тут же с веселыми шутками

Коней своих парни поят

И взорами жгучими, жуткими

На белые спины глядят.

А солнце в узде своей мается —

Горячий караковый конь!

И вдруг на дыбы подымается,

Кидая ноздрями огонь.

ВЕЧЕР

Закраек небес стал малиновым,

Закраек болотин – седым,

И гонится мостом калиновым

Скотина к дворам отпертым.

Проснулись в лесах за туманами

Глазастые совы, сычи.

Запахло цветами медвяными,

Засели кричать дергачи.

И жены торопятся с ведрами

Певучий нагнуть журавель,

Качая могучими бедрами

И грезя про сон и постель.

Мужья уж поют у околицы —

От кос их сверканье и лязг,

И бороды рыжие колются

При встрече в час дремы и ласк.

А бык по задворкам слоняется,

Коров вызывая на рык,

И солнце, бодая, склоняется —

Рудой и неистовый бык!

НОЧЬ

Уж небо – почти потемнелое,

Почти уж не видно земли,

И звезды цветные и белые

Над крышами вдруг расцвели.

Собаки все кажутся черными,

Ныряет летучая мышь,

Жемчужными сыплется зернами

Распев соловьиный в камыш.

И матери истово молятся

И спят, заложивши засов,

Лишь те, что моложе, неволятся,

Над люлькой склоняся без снов.