Голос Незримого. Том 1

Грудь – в волосах и загаре,

Черные кудри – в поту.

Взгляд же нахальный и карий,

Знает свою моготу.

День под припев непристойный

Он проработал с крюком,

Ночью – свободный, спокойный,

Взял да ушел босяком.

Носит. Могучий и зоркий

Коршун ширяет над ним,

Парус малиновой зорьки

Поднят над плесом речным.

БРАТЧИК

А. Ершову

Горница. Образ старинный

Меркнет в бумажных цветах.

Трезвые, в чистом, мужчины…

Девушки в белых платках…

Братцев, сестриц поучая,

Встал он средь мытых скамей

В алой, как цвет Иван-чая,

Русской рубахе своей.

Голос – высокий и резкий,

Стан – и сутулист, и хил,

Очи же – дивного блеска,

Странных прозрительных сил.

Много сидел он, упорный,

В тюрьмах за веру свою,

Ныне тропою неторной

Вновь с ней подходит к жилью.

Учит. Его с небосклона

Тянут уж вдаль журавли,

Блещет оклад золоченый

Древней осенней земли.

БАБЫ

ЖНИЦА

Поля. Всколыхнулась от грома

Воздушная жаркая синь.

Густая, златая солома…

Клик диких пролетных гусынь…

Рукой загорелой хватая

Тяжелую рожь для снопа,

Она, молодая, худая,

Созревшие режет хлеба.

Черны завитые ресницы,

Черна изогнутая бровь.

На тонком мизинце – тряпица,

Запекшая алую кровь.

Всю жизнь под работой и сварой,

Как лебедь, свой стан она гнет,

Лишь изредка у самовара,

Милуяся с мужем, вздохнет.

Сжинает. А мышь полевая

Таится под смуглой пятой,

И молния блещет кривая —

Владычицы серп золотой.

ШВЕЯ

Светелка. И мягок, и хлесток,

Снежок порошит за окном.

Игра бисеринок и блесток…

Клубки – золотной на цветном…

Распялив полотнище шелка

И нитку продевши в ушко,

Она серебристой иголкой

Шьет быстро, пестро и легко.

Лицо ее как у младенцев,

Улыбка же их мудреней,

И много больных заусенцев

На розовых пальцах у ней.

Весной она лавке кустарной

Продаст свой бесценный лоскут

И спрячет потом благодарно

Гроши на приданое в кут.

Стегает. А векша лесная

Следит перед нею снега,

И сыплются в окна, сияя,

С лестовок святых жемчуга.

ШИНКАРКА

Крыльцо. Голубое затменье

Лежит на сугробах вокруг.

Нескладное, пьяное пенье…

Упорный, неистовый стук…

Красивая, в грубой сорочке,

В тяжелых стеклянных серьгах,

И злая, как ведьмы на кочке,

Встает она с лавки в сердцах.

У ней плясовая походка

И белая, теплая грудь.