Бэлпингтон Блэпский

– Я показал мой микроскоп Бэлпингтону, – сказал он внезапно. – Он никогда не видал микроскопа, – добавил он.

– Я этим не интересовался, – пояснил Теодор матери и дочке.

– А это тоже очень интересно, – сказала миссис Брокстед. – Но вам, если вы интересуетесь историей и книгами, я думаю, не приходится иметь дела с микроскопом?

– Нет, мэм. Мы имеем дело с нормальной величиной, рассматриваем человеческое существо во весь его рост. Историку не нужен микроскоп. Какая польза моему отцу от микроскопа!

Тедди начал спорить с ним:

– Но как вы можете понять человека, если вы не понимаете жизни, а как можно понять жизнь без микроскопа?

– Но человек – это и есть жизнь, – возразил Теодор.

 – И чтобы видеть его, вовсе не нужен микроскоп.

Тедди вспыхнул от этого аргумента; уши у него стали красные.

– Я не говорил, что нельзя видеть человека, я сказал: понимать его. Как можно знать, что представляет собой человек, если не знаешь, как он устроен?

– Можно наблюдать его, смотреть, что он делает.

– Это не объясняет, как он это делает.

– Нет, объясняет. Если вы…

– Нет, не объясняет.

– История объясняет.

– История рассказывает сказки. История – это сплошь сказки. Вы не можете ее проверить. Это не наука. Это не достоверно.

– Вполне достоверно.

– Да нет же. Ваша устаревшая история…

Спор становился тягостным. Миссис Брокстед вмешалась:

– Вы давно живете в Блэйпорте, Теодор?

4

Возвращение домой

Он возвращался домой в полном смятении чувств. Он не мог никуда поместить этих Брокстедов в том мире, который он знал, и не мог нигде поместить себя рядом с этими Брокстедами.

Еще труднее было представить себе, что они о нем думают. Что они говорят о нем сейчас? У него было такое чувство, как если бы кто-то сунул палку в его вселенную и все основательно перемешал. Его Дельфийская Сивилла и весь тот мир, который он создал вокруг нее, все это изменилось. Он еще не отдавал себе отчета, как велика была и в чем заключалась эта перемена.

В этот охваченный смятением мир его грез врезался неприятно обернувшийся спор, который возник между ним и Тедди.

Тедди, вооруженный Наукой, Эволюцией и Микроскопом, высказал явное презрение к Истории. Самая уничтожающая вещь, которую позволил себе сказать Тедди, – это что «история не имеет никакого начала». Неприятное утверждение, когда оно подносится тебе неожиданно! По дороге домой Теодор все еще пытался придумать на это достойный ответ.

Раймонд, разумеется, начинал всегда с готов.