Лабиринт Минотавра. Герои, боги и чудовища

Она улыбалась, глядя на Медею, но глаза ее оставались грустными. Странно, на это мог не обращать внимания кто-то другой, но Медея за всем чутко следила. Она расстроилась от такого явления, и взглянула на нее вопросительно.

– Ты хочешь поздравить меня, но ты как будто не рада всему происходящему, – спросила она, не скрывая своего удивления, – о чем же печаль твоя, ведь в целом мире нет человека счастливее, могущественнее и прекраснее меня, так чего желаешь ты и о чем печалишься? – продолжала она задавать свои вопросы.

– Не знаю, – уклончиво ответила та, – когда человеку много дано, с него много и спросится, а каждый ли умеет распоряжаться тем, что ему дано. Страсти, разрывающие твою душу, вознесут до небес или погубят тебя, многие из тех, кто рядом будут, пострадают.

Как странно здесь в этот час звучали ее речи, кем бы она ни была, в это не хотелось верить, да и понять ее таинственных слов было невозможно.

– По – твоему я неразумна? – с обидой спросила племянница.

– Разум слишком слабый помощник, он бессилен в трудных ситуациях, – говорила она, в голосе ее звучал приговор.

Если бы они не были родственницами, то Медея подумала бы, что она завидует ее и желает зла. Но на самом деле это было не так. Скорее она завидовала тетушке.

Тогда что же ей известно такое, отчего она никак не может опомниться и так грустит?

– Но ведь Богини выбрали меня, – еще пыталась убедить себя Медея, она не могла не надеяться на лучшее. Она порядком растерялась после всего услышанного, и не знала, что думать обо всем этом.

– Выбрали, – насмешливо согласилась та, – только у них свои дела и свои игры – ты для них больше подходишь, чем кто-то иной, от этого мне и страшно за тебя. Но не обольщайся, ты останешься лишь игрушкой в их руках, а они и сами порой не многое могут изменить.

Теперь Медея испугалась за тетушку. Она так вольно и так непочтительно вела себя с богинями, что заслужила наказания.

Зачем же она вызывает на себя гнев, что она хочет сказать и что сделать после всего этого? Это странно сжало ее сердце, но только на одно мгновение, радость оказалась сильнее, и в следующий миг она была уже уверенна, что тетушка испугалась больше за себя, ведь она станет ее главной соперницей в чародействе, и это скоро увидят все.

Вот она и хочет любыми путями запугать и остановить ее. Сейчас, когда Медея в самом начале пути, когда все только начинается, этому не бывать, – решила она. И упрямая девица почувствовала новый прилив сил, и уверенность ее удвоилась.