10 жизней. Шок-истории

Она собрала вещи и вернулась к себе, в маленькую однокомнатную квартиру в спальном районе, к одиночеству, пледу и телевизору. Она уволилась из адвокатской конторы. Она записалась к врачу, лучшему в городе, и стала считать дни, двадцать один, до приема – не встречаясь с мужчинами, без выхода в Интернет, с неутолимой жаждой.

Через неделю она не выдержала: нашла попутчика в Интернете и поехала в Мексику, в desire hotel, в тропический рай для взрослых, где многое позволено тем, кто хочет. Она ходила голой по территории, плавала голой в бассейне, пила текилу и занималась сексом: в бассейне, в номере, в общем шатре – за десять дней тридцать мужчин.

Она спала с каждым, кто был готов. Солнце, море и алкоголь спасали от нервного срыва. Когда она напивалась, то, к счастью, утром не помнила, что было вечером. С попутчиком Гришей она не спала: он оказался бисексуалом, и у него несло изо рта как из помойки даже после чистки зубов. Зачем он ей здесь, в раю грешников, в стране мальчишей-плохишей? Они жили вместе, а спали порознь как разведенные муж и жена.

На восьмой день Гришу арестовали по обвинению в изнасиловании мексиканского парня, из персонала отеля. Полицейский спросил у нее, кто он ей – муж или как – она ответила «или как», просто попутчик, и больше вопросов не было. Она продолжила развлекаться, а через два дня вернулась домой без парня с гнилыми зубами, любителя мексиканской экзотики. В самолете, выпив текилы из duty free, она пристала к стюарду, молоденькому и робкому, гладила его через брюки, дала номер своего телефона, а позже заснула в кресле и проснулась уже в Москве, мартовской, снежной, мокрой, черной после солнечной Мексики.

Тут ее и накрыло. Все, что копилось там, разом вылезло здесь. Тело зудело, требуя сатисфакции после долгого перелета, и не было сил встать с кресла и взять с полки куртку. Страшное чувство. Будто умираешь с голоду, но не можешь взять ложку, и даже если возьмешь и набьешь тощий живот – не насытишься. Ты всегда хочешь есть, думаешь только об этом. Вот что она чувствует.

Она прошла мимо стюарда, уткнув взгляд в пол.

«До свидания», – сказал он дежурным тоном – то ли ей, то ли кому-то, кто шел сзади.

Он не позвонит, он слишком молод и не решится, о чем будет жалеть всю жизнь, воображая, что все могло быть иначе. Бедный мальчик. Попав под каток, он получил травму, а она едет дальше, к фантому – сквозь него – к следующему, по кругу, с которого не сойти. Он как магнит удерживает ее. Круг ее похоти, мука, вечное искушение.