Путешественники, удивляющиеся цветам и звездам

], президентом которой была чрезвычайно красивая молодая женщина, мисс Оле, которая мне тотчас сказала:

– Не верите, что наша Лига ограничивается улучшением человеческой расы? Мы хотим в равной степени развить индивидуум после рождения и дать ему, как бы это сказать, пожизненные физические совершенства. Вот почему мы стремимся дать широкое развитие новой медицинской науке, которую именуют «эстетической хирургией». Прогресс, за которым мы тщательно следим, уже значителен. С решительностью и смелостью, которая активизирует юное поколение, которое вы будете обучать, наши хирурги дадут новый толчок и цель деятельности, которая не кажется вашим практическим врачам предусмотренной возможностью.

Это замечательно! Приходите завтра утром, в девять часов, я вам покажу наше хозяйство, сущность нашей работы, и вы сможете удостовериться в удовлетворительных результатах, которых мы добились.

Очаровательная мисс Оле сделала мне легкий знак головой. Встреча была завершена. Мисс Оле подпрыгивала, сама легкая, как стрекоза, когда в роскошном здании со всех сторон раздавались телефонные звонки.

Назавтра я был точен. Мисс Оле проводила меня тотчас в то место, которое она называла своей лабораторией, где развила передо мной мысли об улучшении человеческой породы; после чего ввела меня в комнату, в которой я увидел прекрасного молодого человека.

– Я вам представлю мосье Амблерода из Лозанны, который потерял руку в результате несчастного случая на железной дороге; наши хирурги вернули ему конечность, которая у него отсутствовала.

Это рука обезьяны, немного измененная внешне по части очищения кожи, которую мы использовали и, по мере заживления, закрыли полосками кожи, взятыми на теле самого пациента.

– Мы двигаемся медленно, так как нужны большие предосторожности, чтобы хорошо выполнить эту операцию, которую нельзя сравнить ни с какими другими, она поддержит смелость, заслуживает похвалы и в полной мере удалась. Хотите? Повернитесь, мосье Амблерод!

Молодой человек повернулся, и я увидел, что прямо над его левым ухом был глаз, который смотрел на меня.

Сзади другой взгляд тоже внимательно изучал меня, наконец, третий или сразу пятый глаз открылся над правым ухом. Я был ошеломлен.

– Мосье Амблерод, – сказала мне мисс Оле, – по роду своей деятельности, приглядывает за большим заводом. Его нормальные глаза нам казались недостаточными, для того чтобы выполнять задачи, когда нужно видеть все стороны разом.