Четыре тетради (сборник)

Если пролететь сквозь огненные камни, можно выпить с той стороны земного шара, в Австралии, холодного лимонада.

Тюбик зубной пасты в стакане полон, а будущее? сколько его?

Можно перекусить железную нитку, – но дальше? – катастрофа языка, возвращение мира в хаос, где уже нет ни автора, ни героев, ни букв, а ждущая девушка – частный случай.

Лечь головой в другую сторону от окна, чтобы не дуло.

Монета, упала на ребро: аверс? реверс? – нет, гурт!

«Накрасилась и ушла провожать подругу…» – «Они победили. Но у них были хвосты, на которых неудобно плясать гопака».

 – «Когда сумма знаний и наблюдений переполнится, я пинком опрокину корыто».

Четверг – не четверг? вот и дождик. Горестно-горестно! спать, спать, стерпится – слюбится.

Восемь строк

Белый петух

и серебряный нож.

– Ты молился ли, харе рама?

Ночь,

белоснежная лампа.

Только и памяти,

что перо.

Детское сочинение

«Изуми меня, Господи!»

Учитель кунг-фу

– Я всё могу! Я могу вызвать дождь! Смотри!

– Так сотвори новую землю, – ответил поп.

Летом учитель ходил на Острова и ел клевер. Он показал сколько: охапками.

Печаль

Священник в плаще с зонтиком и животом, вспучившимся от постной и правильной пищи:

– Никого мне не спасти, никого не исправить.

Щенок

Овчарка с белой грудкой, щенок. Обежал вокруг выросшей из асфальта липы, понюхал мои сандалии.

Рубинштейна, рок-клуб, вечер, солнце. Надписи чёрным на жёлтой стене: «Брест. Мы вместе. Ном – короли Петербурга». Парикмахерская, гаммы, гроздь облепихи в гранёном стакане.

Девушка и гроздь облепихи, вернее её портрет у стакана, в котором стоит гроздь облепихи.

Вышла женщина, я не запомнил, как была одета. Глаза длинные и синие.

Щенок нашёл ветку, стал трепать.

– Сожрут, – сказала женщина. – Уедем на дачу. У нас в Псковской области теперь. Волков много. И ходят прямо через деревню. Учат волчат, следы…

– Я почему-то был уверен, что хозяин женщина, – сказал я.

Дети:

– Я, как только родилась, я была кубиком.

Старухи:

– Если уж мать невзлюбила, то она жизни может не дать.

– Апорт! – Ломает ветку, бежит со сломанной, грызёт, треплет, бросает, отвлекается на окно:

– Нет, вороны нас не интересуют.

На полукруге апорта засмотрелся на девушку, выходящую из парикмахерской. На втором – на чёрную машину, играл, разбрасывая лапы вразлад.

– Мицубиси, – сказала женщина.

Бросился мне на грудь. Хозяйка закричала: нельзя, нельзя! Ты должен быть сильным.