Там, где кончается арена…

Ирка обычно спрашивала, когда он уходил из купе в вагонный коридор: «Опять телевизор смотреть?» Сколько он насмотрелся за свою жизнь в этот «телевизор»…

Никонов отпил очередной глоток. Огляделся, словно видел это место впервые. Здесь столько хожено-перехожено, прожито-пережито!..

На четыре года он тогда стал москвичом, пока учился в Государственном училище циркового и эстрадного искусства. Гордился этим несказанно! Отсюда на восемьдесят втором автобусе до училища минут десять. Пешком, дворами – немногим больше… Студенчество, общага на Расковой, пацаны…

Ещё один его друг, Витька Ангарский, в цирковое училище поступил тоже без проблем.

С первого тура на экзаменах стало ясно – быть ему студентом ГУЦЭИ. Подготовка профессиональная. С детства – в цирке. Можно было и не поступать – родители цирковые. Но нужен был диплом и среднее образование. «Без бумажки ты – букашка, а с бумажкой – человек!» – так любил говаривать Витькин отец, первоклассный эквилибрист в групповом номере.

Не мудрствуя лукаво, в студенческих кругах его тут же стали звать Ангара. И первым это сделал он, Володька Никонов,– его друг и партнёр. Будучи студентами, они частенько «халтурили» на каких-нибудь концертах, работали силовую пару. Вовка нижним, Витька на руках вверху. К скудной стипендии приработок был…

«Ангарой» он стал в момент. Оно и понятно! Витька не сопротивлялся. А что – звучно, не обидно. Корни фамилии наверняка шли от названия этой могучей реки. Он ерепенился только, если слышал в свой адрес – «Вангара».

Это была фамилия одиозной и единственной в нашем цирке женщины – силового жонглёра. Тут уж Витька спуску обидчикам не давал…

Потом к их троице присоединился «Шах». Владислав Шацкий…

В ГУЦЭИ тот появился неожиданно, по мнению большинства – случайно. Все ждали, когда пройдёт эта мимолётная блажь и он заберёт свои манатки назад к папе с мамой. Шли месяц за месяцем, а он и не думал освобождать место на репетиционном манеже.

Мало того, репетировал с какой-то остервенелой жадностью и целеустремлённостью. Так припадает к источнику уставший путник, не пивший много дней…

Единственный сын работника Торгпредства и учительницы музыки какое-то время был белой вороной среди своих сокурсников, пока к нему не привыкли.

Жили они в центре Москвы в старом доме на улице Марии Ермоловой в четырёхкомнатной квартире с высокими потолками. Там же проживала и его бабушка Роза Марковна.