Коломбине дозволено все

Физиономия его оживилась и сделалась такой, словно снизошло на него долгожданное озарение. Но соорудил немедленно Кологрив солидное выражение лица и сказал отрешенно-начальственным тоном:

– Лариса Николаевна, зайдите, пожалуйста, ко мне в кабинет.

И что же тут произошло? Сумочка выпала из Ларисиных рук? Румянец опалил щеки? Ничуть! Как подобает Прекрасной Даме, Лариса даже бровью не повела, а с достоинством проследовала куда велено. Когда дверь закрылась, Зоя и Марианна переглянулись.

ЗОЯ. Из-за той ошибки, что ли? Наконец-то добрались!

МАРИАННА.

ЗОЯ. Опять допрыгается до выговора.

Зоя и Марианна стали ждать Ларису. Прежде всего, негоже бросать коллегу в момент выговора – а она, как старшая в смене, отвечала за Людмилины ляпы. А потом, следовало продемонстрировать свою солидарность.

Но не о выговоре зашла речь в кологривском кабинете.

Об ошибке он, конечно, знал. Читатель нынче пошел такой, что стоит ему заметить в газете опечатку, как, позабыв о гуманности, хватает он телефонную трубку, трезвонит в редакцию и сообщает о ляпе почему-то с неподдельным восторгом в голосе.

Будучи еще сотрудником секретариата, Кологрив намастачился отвечать на подобные звонки следующей жуткой формулировкой:

– Да, мы в курсе, благодарим, виновные расстреляны.

И, не дожидаясь реакции онемевшего звонителя, клал трубку.

Так вот, прежде всего Кологрив шлепнулся в кресло, указывая Ларисе на соседнее:

– Садись, мать.

Она послушно села.

КОЛОГРИВ. Только ты можешь меня спасти. Влип я, мать, как дурак.

ЛАРИСА. А когда же ты влипал, как умный? Ну, я слушаю.

КОЛОГРИВ. Ты понимаешь… И рассказывать как-то неловко…

ЛАРИСА. Долги?

КОЛОГРИВ. Хуже.

ЛАРИСА. С Валентиной что-нибудь?

КОЛОГРИВ. Вроде того.

ЛАРИСА. Будешь ты говорить по-человечески?

КОЛОГРИВ. Не знаю, сможешь ли ты меня правильно понять…

ЛАРИСА. А чего мне понимать? Ты говори, что нужно сделать.

КОЛОГРИВ. Ну, мать! Ну, не ожидал! вот это – хорошо сказано! И ты действительно сделаешь то, о чем я попрошу?

ЛАРИСА.

КОЛОГРИВ. Замечательно! Ты сегодня в восемь свободна?

ЛАРИСА. Если надо – свободна.

КОЛОГРИВ. Тогда подходи к историческому музею – знаешь, где боковой портал, напротив кафе? Я буду ждать тебя.

Вот тут-то Лариса и лишилась дара речи. Неизвестно, что послужило причиной, но обуревавшая ее уже несколько лет мечта стремительно начинала сбываться.