Homo commy, или Секретный проект

А попутно свербела другая мысль: не продешевил? Какими долгими были размышления Григория. Прошли годы, пока не раздался низкий голос:

– Хорошо. Я договорюсь. Десять.

Теперь Анатолий Николаевич был уверен – продешевил.

– А если пятнадцать?.. Двенадцать.

– Двенадцать? – Григорий как бы пощупал это сочетание цифр. И качнул вяло головой из стороны в сторону. – На столько не согласятся.

Надо было что-то сказать. Объяснить.

– Поймите, я не могу больше с ней жить. Мне надо купить квартиру. Десять не хватит.

– С кем не можете жить?

– С бывшей женой.

– Понимаю. Но двенадцать – много. Десять. Здесь за такие деньги можно найти приличную квартиру. Это не Москва. Десять.

– Хорошо. – Смущение крутилось на худощавом лице. – Я согласен. Десять… А вы дадите аванс?

– Я поговорю.

Анатолий Николаевич помолчал. Главная проблема была решена. И тут он понял – он не знает, что делать дальше?

– А с чего начинать? – растерянность наполняла его слова. – Я никогда… не пробовал…

Его собеседника это ничуть не смутило.

– Ничего страшного. Я вам помогу. Для начала надо сходить в избирательную комиссию, подать заявление о самовыдвижении. Потом внести залог. Собирайте друзей, знакомых, просите, чтобы они за вас агитировали, ходили на встречи, клеили плакаты, листовки. Пусть помогут. Заодно подзаработают. Всё за деньги. Каждый труд должен быть оплачен… На работе возьмете отпуск. За свой счет.

Анатолий Николаевич перепугался.

– Может, без отпуска?

– А на встречи когда будете ездить? На выступления? В свободное от работы время? Не смешите меня.

Свободного времени у вас вообще не останется… Не дергайтесь. Отпуск предусмотрен законом. И потом, сдался вам этот цех. Депутатом станете, в Государственной Думе кабинет получите. Служебную квартиру в Москве. На машине вас будут возить. За границу придется ездить. Были за границей?

– Нет… – И тут же поправился. – В Германии был. В ГДР. В Группе советских войск. Под Лейпцигом в части сидел.

– Разве это заграница? Не смешите.

Ничего, побываете. Но для этого придется вкалывать. С утра до вечера. – Григорий положил перед ним несколько листков бумаги. – Вот план действий на ближайший месяц. Если мы работаем вместе, я хотел бы, чтобы всё, записанное здесь, – чистенький палец уперся в листок, – выполнялось в срок и до последней буквы.

Анатолий Николаевич энергично затряс головой в знак согласия. Потом он шел домой, пребывая при этом в озадаченном состоянии.