Брат мой названый

Мы обедаем, причём мой обед сегодня абсолютно заслужен, и идём наверх.

– Что, проснуться дома не получилось? Душ с утра принять, кофе заварить?

Настроение у гимназиста, понятно, бодрое, иронизирует, будто здесь родился. Но и я в эти полдня вроде бы начинаю здесь обживаться, с иронией проблем не будет:

– А тебе лучше, если бы я исчез? Живёшь себе здесь один. Вчерашний день – так, случайная встреча. Заглянул сосед по дому непонятно зачем. Может к Екатерине Второй на бал спешил, да на век промахнулся. Переночевал – и дальше отправился.

Гимназия, университет – ты способный, потянешь… К революции карьера начнёт складываться. Тебе будет немного за тридцать.

– Года на три постарше тебя нынешнего. И что? Хочешь спросить, на чью сторону пойду?

– Смысла нет. Если тебе учиться не надоест, в университете будешь только этим и заниматься, все брожения умов пройдут мимо тебя. Затянет наука – это хоть здесь, хоть в эмиграции. В противном случае сейчас всё равно не поймёшь, с кем будешь. Демагогии и там и там полно.

Какая затянет – чёрт её знает! Это нормальным здешним гимназистам дело увлекаться – но не тебе, знающему будущее.

– А если будущее переделать?

– Эффект бабочки? Ты о нём слышал?

Ника кивает:

– Так, кое-что. Ты веришь в него?

Ого как спросил! Не что это такое, не есть он или нет. А верю ли! Похоже, мальчик умнее, чем я думал.

– Как тебе сказать… Когда читаю или фильм смотрю – верю. А пытаюсь осмыслить – что-то не то. Может, мы сейчас не в нашем прошлом, а в каком-то параллельном мире, и такого прямого влияния нет…

– А какое есть?

– Да откуда я знаю! Если я здесь женюсь и заведу детей, теоретически могу быть сам себе правнуком.

Ты, кстати, тоже.

Ника краснеет:

– Да мне только пятна…

– Да знаю я твои пятнадцать! Ну а лет через пять-семь? Тебе же не навсегда пятнадцать! И мне пятнадцать было, и, представь себе, даже меньше! Под стол пешком ходил! А в своё время будет сорок-пятьдесят-шестьдесят, и тебе тоже, куда денешься! И в начале двадцать первого века ни нас с тобой уже не будет, ни твоих гимназистов.

Даже нынешним грудным младенцам – и тем больше ста исполнится. Если кто доживёт.

– Нас с тобой не будет – здешних или тех?

– Всё относительно.

– От ответа уходишь? Так что делать?

– Откуда я знаю? Жить. А что ещё?

– А как жить?

– Как все. Вот ты учишься, взялся всерьёз. И правильно. Дальше увидим.

– А ты как?

– Месяца два-три надо осмотреться.