Последнее дело дуба

Нельзя было сказать, что она была желанной клиенткой, ибо на правах арендодателя всегда платила половину от цены стрижки. Она всегда садилась в кресло к Марине. Но сегодня девушка была не в духе после утренней сцены и начала с того, что по неосторожности состригла длинный локон – предмет гордости его хозяйки.

Тут же взвыл сигнал тревоги. Это визгливо закричало вокзальное начальство. На шум прибежала Светлана Вадимовна и попыталась успокоить бурю.

– Валерия Федоровна, прошу прощения за неаккуратность мастера. Она будет оштрафована, – пообещала женщина.

– Но волосы мне это не вернет, – возразила разъярённая фурия.

Марина дрожала как осиновый лист, пытаясь от расстройства не расплакаться в голос. Светлана Вадимовна махнула рукой подойти другой девушке, но та испуганно замотала головой. Третья была занята клиентом, поэтому осталась только Липа. Она подошла на непослушных ногах.

– Быстро все исправь, – процедила сквозь зубы Светлана Вадимовна. – Иначе уволю.

Липа смотрела на клиентку, прекрасно понимая, что отрезанное она не вернёт на место, исправить тут что-то невозможно.

Девушка догадалась, что стала тем козлом отпущения, который расплатится за все. Она на миг закрыла глаза и мысленно обратилась за помощью к душевному другу – дубу, затем глубоко вдохнула и спокойно произнесла:

– Прошу вас, доверьтесь мне, успокойтесь. У вас правильный овал лица, вам пойдет любая прическа, но, чтобы подчеркнуть ваши красивые глаза, нужен акцент на челке.

Валерия Федоровна замерла на полуслове и недоверчиво покосилась на девушку.

Липа приступила к работе, встав между клиенткой и зеркалом.

Была – не была, решила она. Липа давно приглядывалась к этой женщине и прекрасно видела, что ее нынешняя прическа ей не идет: длинные белые локоны только прибавляли года и делали ее вульгарной. Ей очень подошла бы стрижка с объёмом наверху и челкой-елочкой, что Липа и начала сооружать на свой страх и риск, замелькав ножницами так, что женщина не успела опомниться. На пол безжалостно полетели белые пряди.

Вид у Светланы Вадимовны стал таким, будто ее сейчас хватит удар. Она побагровела, но лишь молча ушла в кабинет, не желая учинять скандал при посторонних, с твердым намерением уволить опальную подчиненную.

Через двадцать минут Светлана Вадимовна вышла в зал с заранее прискорбным лицом. Каково же было ее удивление, когда увидала клиентку, с восхищением рассматривающую себя в зеркале.

– Светлана Вадимовна, дорогуша, забудем инцидент. Я удовлетворена.