Певчий ангел

Детство Натальи прошло в Узбекистане в городе Каган. Училась на филологическом факультете Донецкого государственного университета и закончила его в 1978 году, по окончанию до 1979 года работала в селе Терны Краснолиманского района Донецкой области учителем русского языка и литературы. С 1979 года в течение двадцати лет работала библиотекарем в Донецкой областной детской библиотеке имени Кирова. Первый сборник стихов «Прикосновение» вышел в 1981 году в издательстве «Донбасс «с предисловием Евгения Евтушенко. В дальнейшем выпустила поэтические сборники «От сердца к сердцу», «Лекарство от любви», «Поэмы», «Птичка Божия».

Умерла 15 августа 2009 года. В 2013 году в донецком издательстве БВЛ вышла книга Н. Хаткиной «Стихи и поэмы». Составитель, Вениамин Белявский, любезно разрешил взять некоторые стихи из этой книги для нашей антологии.

«Осень, не помню, в каком мы родстве…»

Осень, не помню, в каком мы родстве,

так измотал меня этот проклятый

год, что уже непонятны, невнятны

хрипы и всхлипы в сентябрьской листве.

Осень, ведь было же что-то в крови —

общее чувство свободы и меры,

что потеряла, пойдя на галеры

рабского счастья твердить о любви.

Не унижай меня больше, любовь!

Только ты в сути своей униженье,

вольной когда-то души пораженье —

рядом с другим не остаться собой.

Не подходи ко мне больше! Пора

жить, не калечась и не калеча.

Осень кладет мне ладони на плечи.

Я вспоминаю: ей имя – сестра.

«Выйду из дому в мороз …»

Выйду из дому в мороз.

Ветер с налету облапит,

тело продует насквозь,

душу вчистую ограбит.

Ветер, хоть что-то оставь

мне в эту ночь ледяную.

Память оставил – кристалл,

впаянный в клетку грудную.

Знать бы, куда поверну,

где я, откуда и кто я?

Помню лишь зиму одну

жизни, прожитой не мною.

С кем же я лето пропела?

Ветер толкает – пустяк!

Вот он забрался под перья —

в полый мой птичий костяк.

Птицами были мы в детстве

до человечьей судьбы:

холод и голод – и бедствуй,

мерзлую землю долби.

Как же теперь возвратиться,

как мне добраться домой?

Так и останешься птицей,

вмерзнешь в кристалл ледяной.

Шпана

Над сорной сурепкой окраин,

что щедро нас цветом дарила,

над крышами старых сараев

шпана городская царила.

Над пустошью пристанционной —

не суйся! – схлопочешь по рылу,

над черным чумным терриконом

шпана городская парила.