Пять поломок космической станции

И за это время мы ни разу не имели дела с форматорами – тут есть отчего понервничать.

Алвин осторожно прикоснулся к одному из тысяч совершенно одинаковых проводов и медленно закрепился.

– Вот этот. Вроде, – парень глянул на Андрюху взглядом перепуганной косули, чем тут же вызвал ожидаемое недовольство.

– Что значит «вроде», рем Меригольд? – Адитья так глянул на Алвина, что последний чуть не сорвался вниз. – Вы специалист по жидким металлам и газам. От этого решения зависят наши жизни, так что вы не можете быть не уверены и говорить «вроде».

Когда Адитья злился, он всегда переходил на формальную речь. Обычно это дико злило Антуана, но сейчас наш астрофермер промолчал, выражая одобрение. Алвин, поняв, что друг не заступится, побледнел и затрясся ещё сильнее. Он что-то бормотал о том, что этот кабель единственный с обратной обмоткой и что гул, который от него исходит, на четыре доли секунды короче остальных. Наша девочка-феечка, как и в самом начале совместной работы, устроил себе имитацию экзамена, и теперь пытаясь доказать нам, что он действительно знает, что делает.

Конец всему этому положил Андрюха – андроид бросил свой страховочный трос ровно на выбранный кабель, мигнул светодиодами и перемахнул на ту сторону. Я последовал его примеру, приземляясь рядом с Алвином.

– Мы теряем время. Если сейчас рванёт ещё один фильтр… – моё молчание получилось достаточно многозначительным, чтобы Адитья и Антуан присоединились к нам на фильтре внизу. Тросы зацепились за вшитую страховку, Андрюха пиликнул, и нас расшвыряло в разные стороны.

Скорость, с которой вшитая страховка перемещает элемент, может превратить организм неподготовленного человека в фарш. К счастью, форма техника предусматривала работу в таких условиях, и мы были защищены от опасности превратиться в мясную лепёшку. Меня вынесло около одного из верхних фильтров, я отдышался, проверил вторую пару рук – к счастью, умельцы из Тартара сделали добротные мехаклешни, которые способны пережить перегрузки, но я всё равно волновался – и двинулся вперёд.

Гул рядом с фильтром был гораздо более сильным. Еле заметное колебание воздуха сменилось на давящий шум, я отчётливо слышал скрежет и потрескивание. При этом фильтр ещё работал – мне не оставалось ничего другого, кроме как залезть внутрь и попытаться выяснить, что к чему. Я подтянулся на первых руках, зацепился за выступ вторыми и проскользнул в узкую щель, открывающуюся где-то на две общие минуты.