Законы высшего общества

Друзей детства у Насти не было – мама это не одобряла, так как друзья ходят в гости, шумят, едят их еду и смотрят телевизор. А стоило матери заподозрить, что у Насти есть кавалер, она устраивала сцену: она-то знала, что девушки при кавалерах мечтают о новой одежде, косметике и прочих излишествах, на которые нужны деньги.

Насте же хватило и того, что Паша был красивый.

И он, красивый Паша, выбрал ее. Значит, что-то в ней есть. Она – особенная.

А он так и не понял, что был у нее первым. Насте же ничего объяснять не хотелось.

Лежа на Пашиной кожаной куртке, глядя в звездное небо, испытывая пусть и немного болезненные, но чертовски приятные ощущения, Настя почувствовала замечательное равнодушие и к Паше, и к школьным мымрам, и даже к самому красивому мальчику в школе, которого любила с третьего класса. Все это осталось в прошлом, в детстве, которое она ни за что не назвала бы счастливым.

Настя увидела себя в совсем другой жизни. Она будет актрисой. Да, ей не светят лавры красотки Одри Хепберн, но она будет Марлен Дитрих – женщиной-скандалом, символом эпохи, и тысячи зрителей увидят в ней свое отражение.

Она не привлекательна, но докажет всем, что главное – талант, дар, вдохновение.

Алик открыл ей глаза.

Он катал ее на катере, кормил шашлыком, вез в Москву, приглашал в ресторан – пить шампанское, а потом, когда они оказались у него в постели, сказал, что никогда не встречал такой красивой девушки.

– Слушай… – поморщилась Настя.

 – Давай без дешевой лести.

– У тебя проблемы? – удивился Алик.

– Какие проблемы? – на этот раз удивилась Настя.

– Не знаю, – он развел руками. – С самооценкой.

– Слушай! – рассердилась она. – Я просто не хочу банальностей – красивые глаза и все такое!

– Насть… – он притянул ее к себе и прижал к влажному от жары телу. – Я тебя не люблю…

– Спасибо, – буркнула Настя.

– Ну, извини, просто за эти несколько часов я бы не успел тебя полюбить, даже если бы нарочно задался такой целью.

Так что ты не думай, что я смотрю на тебя и сердцем вижу Софи Лорен. Ты правда красивая.

В том, что она – красивая, Алик убеждал Настю не один день. Он ставил ее перед зеркалом, голую, загорелую, худенькую – ребра торчат, на спине хребет выпирает – и говорил, что у нее – плечи, лопатки, изгиб поясницы, скулы – все совершенство, от носа с горбинкой с ума сходил…

За всю жизнь Насте никто ни разу не сказал, что она – красивая.