Начало. Война, дети, эвакуация, немцы, Германия. Книга 1

Бомбы сбрасывались на антенны радиоретрансляционного центра, который находился в двух минутах ходьбы от дома, на улице Садовой, рядом с городской пожарной командой и напротив дворца короля Михая.

Антенны не пострадали. Несколько бомб упало на жилые дома, одна – на улице Жуковского в предприятие по проектированию промышленных и сельскохозяйственных сооружений, несколько – в здания на центральных улицах города.

Война. Началась Великая отечественная война для всего народа огромной страны, и не оставила в стороне Молдавию, а, наоборот, эта республика стала началом оккупации в этом регионе.

С этого дня не останется ни одного безучастного, ни одного, кто бы не пострадал, не потерял близких.

Нет больших несчастий, чем несчастия, приносимые людям, другими людьми, движимыми своим стремлением к господству, насаждению своих порядков, или к реваншу, к политическому или физическому порабощению себе подобных.

Беженцы

Глава 2

Тикать Это мнение высказали единодушно все женщины и в нашей, и в других семьях.

Если румыны пропустили через свою территорию авиацию немцев, то недалеко время, когда в Кишиневе будут уличные бои в худшем случае, или немецкие войска войдут без боя и начнется истребление всех неугодных. Грамотные говорили, пока еще шепотом, что будут уничтожать в первую очередь специалистов, работавших на Советское государство или прибывших сюда после образования Социалистической республики, а, потом, по национальному признаку. Это фашисты. Ходили слухи, что город полон немецких шпионов.

Отец перевез семью в глубокий подвал, находившийся на территории его работы, на углу улиц Пирогова и Жуковского. Раньше там хранили вино, за счет глубины в подвале температура и летом и зимой была одинакова. Дети хотели вырваться в сад, во двор. Но тревога объявлялась довольно часто, почти ритмично, каждый час. Бомбили. В подвале собралось несколько семейств. Все знакомые. Дети, да и взрослые, были укутаны в теплые одежды, сидели на полу на матрацах, матери ухитрялись что-то готовить, как-то обслуживать своих детей.

Мужчины ушли в военкомат, и двое суток никто не появлялся. На третью ночь, или поздний вечер, по ступеням загрохотало огромное, неизвестное, страшное. Однако, не чужое, это наш отец, в военной форме кавалериста. Несуразность была в том, что к кавалерийской форме на нем были не сапоги, а ботинки с обмотками. До колен. На его сорок пятый размер сапог на складах не нашлось.