Мы

Я строил планы, прожектировал в блокноте и точно знал: скоро всё изменится.

На момент получения диплома у меня было два пути: на завод сереньким инженером или попробовать себя в бизнесе. На завод забил сразу. И это оказалось в духе того времени: пока профессионалы от экономики вдохновенно топили свои «Титаники», любители строили неуклюжий, но ковчег. А этот ковчег взял и выжил. И страна стремительно покатилась в эру микроволновок и домашнего спутникового телевидения. Причем без существенных полутонов: бах – и уже в светлом «рыночном» будущем.

Иногда я думаю: как-то там поживает Олег Юрьевич Маслов?

Истребители вампиров

Николаев сурово уставился в аудиторию. Огромная лысая башка и выпученные голубые глаза делали его похожим на пожилого филина в погонах.

– А что вы, салаги, знаете о вампирах?

Этот подполковник считался личностью эксцентрической, от него всегда ожидался какой-нибудь кульбит. Собственно, за это военную кафедру и любили: весело раз в неделю вместо лекций по теплотехнике слушать совершенно фантастические байки.

– Запомните, симулянты! А лучше запишите… Вампиризм – это такой способ жизнедеятельности. Основан на отъеме крови у другого существа, как правило, ещё живого. И сегодня будем изучать способы защиты от этой нечисти…

Николаев служил ликвидатором в Чернобыле и прекрасно понимал, что нужно студенту знать, а что нет. Прокуренный палец ткнул в отличника с первой парты:

– Бельдыев, а ну-ка, перекрестись! Плохо крестишься, студент, плохо! Не кулаком надо, а тремя пальцами! И быстрее! Как это – не умеешь? Ты что, некрещёный что ли? Н-да… И где же святую воду будешь брать, ежели, допустим, вампиры нападут?

Якут вздыхал, мы тихонько ржали.

На военной кафедре нашего института вообще собрались неординарные личности. Один подбор фамилий чего стоил: Николаев, Петров, Иванов и Юрьев. И каждый чем-то был знаменит. А сам начальник военной кафедры был настолько секретен, что его вообще никто никогда не видел.

– Чтобы завтра же с утра в церкви присягу… Тьфу, крещение принял! – рявкнул подполковник. – Кто ещё тут некрещёный?

Мы притихли. Когда у Николаева наливались кровью глаза, с ним лучше было не спорить: никогда не поймешь, шутит он или всерьёз. Его коллега, маленький, беспрестанно матерящийся спортсмен Юрьев тоже был такой же психоватый.