Русское авось

Тяжелый экскаватор, приминая чёрный слежавшийся снег, медленно и осторожно двигался к котловану, где чернела только, что поднятая земля, его догоняли два бульдозера для дальнейшей работы.

– Я как начальник будущего цеха предлагаю тебе должность начальника смены, – донёсся до Уварова голос Кочина.

Виктор очнулся, посмотрел на своего друга, вспомнил, что тот его назвал по имени и отчеству и тоже перешёл на официальный тон.

– Игорь Петрович, мне хочется поработать простым аппаратчиком пока нет опыта, а там будет видно.

Я думаю, вы мне в этом не откажете.

– Как хотите. Только удобно ли вам будет, ведь по своему образованию вы на много стоите выше рабочих.

– Сейчас рабочие тоже грамотны, и я думаю, вряд ли они ниже нас по своему умственному развитию, если только самую малость.

Кочин посмотрел сверху вниз на Уварова и ничего не ответил.

Бульдозеры, развернулись, стали сгребать мусор в одну кучу. Отъевшиеся на богатых харчах, крысы с писком выбегали из-под ножей и устремлялись проч. Кочин, увидев такую картину, поморщился, мол, и откуда только берётся такая дрянь.

Он быстро взял Виктора под руку и потянул со свалки к дороге, где прочный асфальт и бегают машины.

– Ну как там у нас в деревне, – спросил Игорь, переменив разговор, – мама здорова? Что-то от неё нет долго писем.

– Далеко ли до дому-то, сел на автобус, да и приехал. Как- никак родина.

– Зарок себе дал, пока не куплю машину, не поеду.

Виктор взял у Кочина сигарету, закурил. Никотин успокаивающе подействовал на нервы.

С коксохима наносило запах каменного угля, смол. Временами ухало. Клубы пара и газа вылетали наружу и заволакивали окрестность. Началась изморось. Казалось, всё вокруг пропитано влагой. Она уже стала проникать сквозь тонкое демисезонное пальто, охлаждая тело. Воздух же здесь был серый от газа и очень плотный. Уваров закашлялся, прижимая к носу платок.

– Привыкай, – услышал он почти неживой голос Кочина, который выбивался и тут же глох, – не то ещё будет.

– Пацанов жалко, да Маринка с тещей заели, только и твердят в город, да в город, – процедил сквозь зубы Уваров.

 – Я бы из деревни никуда. Мишка с Ванькой подрастают, а в деревне такого развития, как в городе, конечно, не получат.

Виктор понял, что говорит устами жены и тёщи и засмущался. Лицо Кочина будто окаменело, по нему стекали капельки дождя, но он, видимо, ничего не замечал.

На дорогах снегу уже не было, его убрали машины. И они, обходя тёмные лужи, медленно шли к автобусной остановке.