Зона свободы. (Дневники мотоциклистки)

– Поворачивайся, я тебя греть буду, – сказала я, он послушно повернулся, и я обхватила его замерзшие плечи, прижимая к себе.

Вскоре мы и в самом деле согрелись и заснули. Нас разбудил рев моторов и крики. Это приехал Белецкий. Алексей на минуту выглянул наружу, а потом снова заполз в тепло. На этот раз он обнял меня, и мы снова уснули.

Проснулась я от того, что лежала в луже. Спальник снизу был совершенно мокрый, в ногах плескалась вода. Да уж, палатка не промокала, чего там говорить… Расстегнув молнию, я увидела, что на улице рассвело.

Мне ничего не оставалось, как разбудить Алексея. Он вылез из палатки, куда-то ушел и быстро вернулся.

– Пойдем к иркутянам. Брось спальник, куда ты его тащишь…

В огромной палатке иркутян было тепло и уютно. Кто-то подвинулся, я юркнула между двух горячих тел, Алексей накинул на меня влажное одеяло, от которого остро пахло шерстью, сам притулился в ногах, накрывшись косухой и натянув поглубже шапочку.

Во второй раз я проснулась, когда уже было одиннадцать часов.

В палатку заглянул Виктор.

– Кто хочет жрать, идите, там кормят!

Алексея рядом не было, в углу неподвижно лежал, натянув на голову спальник, Руслан.

– Горячее? – с надеждой спросила я.

– Ну там суп с тушенкой сварили, и чай горячий есть.

Я накинула парку и вылезла наружу. Наконец у меня появилась возможность рассмотреть, где же я провела ночь. Песчаный, покрытый куцей травкой плоский берег уходил вдаль, разноцветные палатки были выстроены полукругом, ряд мотоциклов стоял возле невысоких густых кустов, тянущихся вдоль берега.

Грязноватые тучи спустились так низко, что казалось, все мы находимся внутри них. Все было серым: дорога, палатки, стволы берез, даже тополя за дорогой. Рядом с палаткой начиналась тропинка к воде. Ветер пригнал воду к южному берегу Байкала, камыши и высокая трава на берегу оказались затопленными. Тропинка уходила в воду. Кто-то в одних джинсах, голый по пояс брел прочь от берега. Он не оглядывался и уходил, как Христос по воде, все дальше и дальше. И серое безмолвие заполняло все пространство от берега до горизонта, где смыкались с водой облака…

Я забеспокоилась. Выглядело все это как-то нереально и походило на попытку самоубийства. Я добежала до самой воды, оглянулась, увидела Алексея.

– Послушай, с ним все нормально? Вон, товарищ, кажется, топиться пошел.

– Да это Денис. Дени-и-ис!

Уходящий по волнам обернулся. Выражение лица было бессмысленным.